- Вы хорошо отдохнули? - спросила девушка. Ей не терпелось сказать совсем другое, но только не в присутствии отца.
- Я почти не спал. Сегодня утром уезжаю в Санкт-Петербург.
У нее замерло сердце. Он отправляется в Петербург. О Господи!
- Ну что ж, - сказал Джордж, - в таком случае мы оба желаем вам счастливого пути.
Алекс слегка поклонился и напряженно посмотрел на Кэролайн. Таким взглядом часто смотрел на нее Николас.
- Успели прочесть письмо Кати? - спросил он. - Вы написали ответ? Если хотите, я подожду, пока напишете.
Она облизнула пересохшие губы и украдкой взглянула на отца.
- Папа, я на минутку выйду с князем. Мне надо кое-что обсудить с ним. Она взяла Алекса под руку и повела его к двери.
- Кэролайн! - крикнул Джордж, но дочь не обратила на него внимания.
На улице было свежо и сыро. На цветах и зелени сверкала роса. Дверь за ними закрылась. Стоять на каменных плитах тротуара в одних чулках было холодно, и Кэролайн приподнялась на цыпочки.
Алекс удивленно посмотрел вниз и улыбнулся.
- Вы забыли надеть туфли, - мягко заметил он. Кэролайн замерла: голос у него звучал совсем так же, как у Николаса. - Пойдите наденьте туфли, а я подожду.
Она покачала головой.
- Вас не просили ничего мне передать?
- Перед отъездом я не виделся с Николасом. Он на передовой, а я не покидал Петербурга. Полагаю, брат даже не знал, что я там, поскольку из Лондона мы уезжали не вместе.
- Понятно. - Кэролайн испытала облегчение. Но старалась набраться храбрости, чтобы исполнить задуманное.
- Мисс Браун? - окликнул ее Алекс. - Не застегнуть ли вам платье? - Его глаза смеялись.
Кэролайн только теперь заметила, что шаль сдвинулась.
- Я обычно не так рассеянна, - прошептала она, кутаясь в шаль, - Я очень огорчена. Судя по письму, Кате грустно и одиноко.
Алекс печально кивнул.
- Да, ей там не радостно. Дом стал похож на гробницу. Тэйчили делает все, что может, но она очень нудная.
- Возьмите меня с собой, - вдруг решилась Кэролайн. Их взгляды встретились. Улыбка озарила его лицо.
- Вы успеете собраться за два часа?
- Я уже готова.
Алекс ушел. Кэролайн вернулась в лавку. Джордж возился у плиты на кухне. Девушка, страшась предстоящего разговора, прошла через лавку и остановилась в дверях кухни.
- Папа!
Джордж оглянулся.
- Ты что-то от меня скрываешь? - спросил он.
- Когда я согласилась стать компаньонкой Кати, Северьянов просил меня отправиться в Россию вместе с девочкой.
- Только не это! - Джордж побледнел.
- Решать мне. И теперь я твердо решила уехать вместе с Алексом. Сегодня же утром.
Джордж утратил дар речи.
- Ты сошла с ума! Кэролайн, я тебе запрещаю!
- Я не спрашиваю твоего разрешения. Я должна ехать, потому что нужна этому ребенку.
- Дело не в ребенке. Все дело в этом мерзавце. Но ведь он женат, Кэролайн. Или ты забыла?
Разве может она забыть о том, что именно его жена препятствует осуществлению ее мечты? Но их разделяет не только Мари-Элен, но разница в социальном положении и он сам. Ведь если бы князь любил ее, он нашел бы возможность соединиться с ней на законных основаниях, как положено.
Кэролайн пришла в ужас от того, что смеет желать невозможного - брака с ним. На глаза ее навернулись слезы.
- Я должна ехать.
- Ехать? И чем же ты там займешься?
- Я буду компаньонкой Кати!
- Ее компаньонкой - или его?
Кэролайн обиделась и разозлилась. - Тебе следовало бы лучше знать свою дочь.
- Я тебя хорошо знаю. И каждый раз, когда я видел тебя с ним, твои глаза сияли. Но он женат. Русские князья не разводятся с женами, а с простолюдинками они всего лишь флиртуют. Для него это мимолетный каприз, а что будет с тобой? Ведь ты после этого никогда не оправишься, Кэролайн.
Отец тысячу раз прав! Но она уже не может изменить свое решение. Она должна это сделать.
- Я еду в Санкт-Петербург вместе с Алексом. И вовсе не собираюсь спать с Николасом. Я хочу заботиться о его ребенке, папа. Князь сейчас в армии под Москвой, а Катя в Санкт-Петербурге, на большом расстоянии от него.
- А если Наполеон изменит направление и двинется на Санкт-Петербург? Что тогда? Господи, ты можешь оказаться в городе, захваченном вражеской армией!
- Если Наполеон пойдет на Санкт-Петербург, я позабочусь о маленьком одиноком ребенке. Я тем более буду нужна Кате. Так что лучше благослови меня, папа.
- Нет тебе моего благословения!
Обида, горе, гнев охватили Кэролайн, но она овладела собой.
- С благословением или без него, но я еду, папа. - Она поднялась по лестнице за небольшим саквояжем со своими пожитками.
- Он использует тебя! - кричал Джордж. - Он тебя сломает, помяни мои слова! Он спал с тобой, не так ли? Не уезжай, Кэролайн, умоляю тебя!
- Возможно, я делаю ошибку, - сказала она не останавливаясь. - Но имею на это право. Я люблю тебя, папа, и напишу тебе.
Последние ступеньки лестницы она одолела почти бегом. Джордж рухнул в кресло и разрыдался.
Глава 26
Санкт-Петербург, сентября 1812 года
