Алиса терпеть не могла Приму, но перечить милиции в таком двусмысленном положении посчитала глупым. Поэтому сигарету взяла и закурила, вспоминая юношеские годы. Главное, эту чертову примину не слюнявить. Тогда не так противно.
- А у вас спички нет? - припомнила она полезные знания, почерпнутые в юношеские годы.
- Он опасливо посмотрел на нее, и пробормотал:
- - Так ведь вы уже прикурили.
- - Нет, - помотала она головой. - Мне нужен кусочек спички...
- Он проятнул ей коробок. Она оторвала кусочек, и вставила его в сигарету.
- - Вот так будет лучше, - робко улыбнулась она.
- Он улыбнулся ей в ответ, и Алиса поняла, что между ними теперь отчего-то возникло взаимопонимание. Так иногда бывает - маленькая, незначительная глупость оказывается полезной. Или это - всего лишь очередная иллюзия?
Что же это, Алиса Игоревна, вокруг вас происходит? задушевно спросил лейтенант.
Я и сама хотела бы понять, призналась Алиса. Если бы вы знали, как мне все это надоело! За последние два дня я получила столько адреналина, что хватит на всю последующую жизнь!
Ах, так вы решили запастись адреналином, меланхолично кивнул ушастый лейтенант. Могли бы избрать другой путь...
Алиса уставилась на него с ужасом. Сердце рухнуло в пятки, и внутренний голос удовлетворенно произнес: Все, Павлищева. Допрыгалась. Теперь тебя посадят.
Доверительность пропала. Растаяла в дыме сигарет, махнув приветливо и грустно ладошкой на прощание.
То есть вы что, думаете, будто этих гоблинов пришила я? хрипло спросила Алиса, выдыхая густой вонючий дым, и закашлялась...
Голос у Алисы звучал, как у матерого рецидивиста.
Нет, что вы, хотя...
Он многозначительно замолчал.
Ну? плохо скрывая негодование, спросила Алисы. Что вы замолчали? Продолжайте... Сначала я пристрелила того типа, который загородил мне проезд, а потом приступила к Маркину, так? Перед этим я таинственным образом побывала здесь именно в то время, когда вы были у меня по моему же вызову, и, доведенная до крайней степени бешенства Маркинским голым животом, шарахнула его по голове тяжелым предметом... Так?
Алиса Игоревна...
Я уже почти тридцать лет ношу это имя, холодно отрезала Алиса. И, надо сказать, обвинения в душегубстве поступили впервые за такой долгий срок! Конечно, от наглости и хамства кто угодно озвереет, но я чисто физически не могу справиться с вашими гоблинами! Поймите вы, наконец!
Она была близка к отчаянию. Печальная участь казалась ей предрешенной. Чтобы не было висяка, добренькие менты наверняка обрадуются возможности повесить оба убийства не бессловесную Алису Павлищеву! Но не на ту напали, господа!
Вскочив с пуфика, Алиса нечаянно опрокинула его и задела еще рукавом какой-то флакон с ядовито-зеленой жидкостью, и теперь она разливалась по туалетному столику, источая сильный, тошнотворно сладкий запах.
Что за гадость? поморщилась Алиса.
Подождите-ка...
Лейтенант подошел к ней, и, мазнув пальцем мерзкую жидкость, поднес к носу. Вид у него при этом был исполнен глубокомыслия. Алиса даже перестала дышать, заинтригованная происходящим.
Не моими, сказал он наконец, отставив флакон.
Что вы этим хотите сказать? спросила Алиса.
И действия, и слова лейтенанта казались ей странными и чрезвычайно загадочными.
Гоблины эти не мои, пояснил он. И вас я ни в чем не обвиняю... Просто не могу понять ваше появление рядом с этими трупами случайность или закономерность? И, если это закономерность, то как скромная переводчица может быть связана с этими подонками?
Алиса продолжала смотреть, как он тщательно смывает с пальца ароматическую жидкость. Ей казалось, что это обычные духи, но вид у лейтенанта был при этом зловещий. Яд? Цианид или кураре? Она поднапряглась и вспомнила, что абсент тоже темно-зеленый, может быть, это абсент так пахнет?
Так что вы на это можете сказать?
Он сверлил Алису таким проницательным взглядом, что у нее начали гореть уши. Воспоминание об ушах заставило ее взглянуть на лейтенанта.
Мне казалось, что абсент пахнет полынью, пожала Алиса плечами.
При чем тут абсент?
В его голосе прозвучали громовые раскаты.
Простите, вы же про этот флакон, робко ответила Алиса.
Алиса Игоревна, тяжко вздохнул ушастый тюлень. Давайте не будем больше изображать двух идиотов...
А мы их изображаем? испуганно спросила Алиса.
Он нахмурил брови.
Я спросил вас, какое отношение вы имеете к Евгению Маркину и Анатолию Северцеву?
Никакого, развела Алиса руками. Маркина я еще немного знаю, а второй мне вообще неизвестен... Это кто?
Тот, чей мерседес вы якобы случайно задели сегодня, голос лейтенанта звучал теперь устало и обреченно, словно общение со мной причиняло ему немыслимые страдания.
Ах, вот его как звали, протянула Алиса. А то ведь знаете как бывает, гражданин начальник убьешь человека, а имени спросить не удосужишься! Надеюсь, я не оставила сиротками десяток ребятишек?
Алиса Игоревна... попытался остановить ее невыносимый тип. Но Алиса вошла в раж.
