На пути в больницу у меня было достаточно времени опомниться и изменить намерение. Но я так не сделала. Мне очень нужно увидеть Клайда Коллинса. Именно сегодня. Сейчас.
— Вы уверены, что хотите войти? — предостерег водитель. — Я могу отвезти вас куда угодно. Может, у вас есть друзья? Я сделаю это бесплатно.
Я не слышу водителя. Точнее, слышу его, но нисколько не вникаю в смысл сказанных им слов. Я смотрю на мрачные стены больницы, высокие и серые. Меня здесь не было уже целую вечность.
Я поднялась по широким черным от дождя ступеням. С протяжным скрипом открылась дверь, и я тихонько вошла внутрь. Негромкий стук моих каблуков разлетается по пустому холлу.
Женщина в черных угловатых очках с безразличием подняла на меня взгляд. Между нами стекло и решетка.
— Приема нет, — резко бросила она.
— Клайд Коллинс на месте?
Пока стояла перед больницей, успела вымокнуть под дождем. По телу сильная дрожь. Мне холодно.
— Имя, — потребовала женщина.
— Анна.
— Это все?
— Этого достаточно.
Женщина подняла телефонную трубку и доложила обо мне Коллинсу. Услышав ответ, бросила мне чопорное:
— Ждите.
Опускает взгляд и ведет себя так, будто меня здесь вовсе нет. Берет чашку с чаем, над которым все еще поднимается прозрачный дымок. Шумно отпивает глоток.
Ненавижу.
Очень скоро я услышала, как где-то в коридоре лязгнули двери лифта и в холл направились торопливые шаги.
— Мисс Лоуренс? — появился в дверях Клайд. Оглядев меня, мужчина стал тревожным. — Идем, — сказал он, положив ладонь мне на плечо. Ведет в коридор.
Двери лифта расступились. Мы зашли внутрь. Коллинс выжал кнопку с надписью над ней «прачечная», и лифт пополз вниз.
В прачечной на одной из полок мужчина взял большое серое полотенце. Вернулся, вручив мне его.
Старенький лифт с шумом поднимается вверх.
— Что случилось? — спрашивает Коллинс, когда мы вошли в его кабинет на третьем этаже больницы. В этом кабинете ничего не поменялось: стол, стул, шкаф и много книг.
Я облокотилась о стол, укутавшись в большое полотенце.
Смотрю на Клайда, а он с очевидным волнением смотрит на меня. Этот мужчина беспокоится обо мне.
— Что с тобой случилось? — опять потребовал от меня Клайд, доверительно заглядывая мне в глаза. — Джон Хэнтон что-то сделал?
Я сразу оттолкнулась от края стола и примкнула к губам Клайда, вцепившись пальцами ему в халат так, как если бы от этого зависела моя жизнь. Мужчина отвечает на поцелуй очень робко. Кажется, своей выходкой я застала его врасплох.
Мне недостаточно простого поцелуя, мне недостаточно обычной нежности. Во мне полыхнуло пламя, и оно обещает испепелить меня дотла, если вдруг не получу того, чего мне хочется сейчас больше всего.
Вытягиваю его синюю рубашку из пояса брюк, ощутив под пальцами рельеф горячего тела.
— Остановись, — заключив мои запястья в своих руках, мягко потребовал Клайд. У меня дрогнуло сердце, а жар на щеках полыхнул ярче прежнего. Кажется, так чувствуется жгучий стыд.
— Посмотри на меня, — сказал он, высвободив мне руки. Мне не хочется смотреть на него именно сейчас, но я все равно робко поднимаю подбородок вверх. В поисках ответов мне в глаза он смотрит так, словно заглядывает в душу.
У меня все еще тяжелое дыхание. Я все еще горю.
— Если ты опасаешься поступить со мной как-то бесчестно… тебе не о чем беспокоиться, — тихонько проговорила я. — Я хочу этого.
Мой ответ не кажется ему убедительным. Я вижу это в его глазах. Но в этих же глазах я вижу кое-что еще… Совершенно очевидно, сейчас горю не я одна!
Убежденность в этом прибавила мне храбрости.
Мои ладони легли ему на грудь, а потом я медленно-медленно подтянулась к его лицу, примкнув к щеке в нежнейшем поцелуе. Не встретив сопротивления, мои поцелуи продолжились неторопливой дорожкой к его губам. Я почувствовала прикосновение его руки у себя на пояснице. А потом…
Его губы с силой раскрыли мне рот, и я едва не задохнулась от удовольствия!
Наш поцелуй, неудержимый и глубокий, подобен столкновению поездов на безумно высокой скорости. У меня подогнулись ноги. Мне совсем тяжело стало дышать.
Мужчина подхватил меня, а в следующую секунду я уже была на гладкой поверхности его стола. Я слышу, как посыпались на столе книги, а некоторые из них упали даже на пол.
Через меня в этот самый момент проходит невероятный поток чувств и ощущений. Это цунами. Этому нельзя противостоять. Нельзя сопротивляться. Просто невозможно!
Его рука зарывается мне в волосы, а я распахнула его рубашку, не заботясь о целостности пуговиц на ней. Ногтями вцепилась ему в плечи, губами прижалась к его губам.
Тепло, подобное жару вулканической лавы, растеклось по телу. Его губы покрывают мне лицо, потом шею, и я тяну подбородок вверх для этих поцелуев. Мой рассудок оставляет меня. Я почти потеряла ощущение времени и пространства. Я оказалась в своем собственном мире, где нет ничего важного, кроме этих самых мгновений.
Как восхитительно быть с ним!
Любить его.
Быть его.
— Клайд Коллинс… — с улыбкой выдохнула я, когда мужчина коснулся губами уголка моих губ. Он улыбнулся мне в ответ.
— Как ты себя чувствуешь?
— Очень хорошо.
И это действительно так!
