— И все равно не верится, что тебе удалось заполучить здесь столик, — восторгаюсь я.
— Хотел тебя удивить.
— Тебе удалось, — мой взгляд стал хитрым. Губами я быстро коснулась его губ.
— Бунтарка, — улыбнулся мне Клайд.
В тот же миг перед нами появился человек в белом смокинге.
— Соблюдайте приличия, — слегка склонившись, вежливо просит он и сразу уходит.
Проходит секунда, за ней другая…
Улыбка Клайда стала шире, а я рассмеялась.
Веселая музыка остановилась. Танцовщицы в перьях фламинго уходят со сцены под громкие аплодисменты публики. А потом на сцене появилась мисс Бое.
Ведущий шоу-программы представил ее публике особенно торжественно.
— Слышала когда-нибудь, как она поет? — тихонько спросил меня Клайд.
— Только по радио.
В длинном сиреневом платье певица встала у белого рояля на сцене.
Яркий свет люстр приглушен. В зале полумрак. Только над головой певицы свет ламп стал много ярче.
Человек за роялем играет приятную спокойную музыку. Красивая мелодия завораживает, а голос певицы очаровывает всякого, кто слышит его.
Ее песня — это песня о невозможной любви капитана корабля к русалке. Песня чувственная и глубокая, как воды океана, о которых она сейчас поет.
Когда ее голос становится тонким и высоким, у меня будто останавливается дыхание. Я перестаю даже моргать.
Звучание сильное и чистое…
Голос певицы Бое — это что-то невероятное!
Музыка стихла. Певица больше не поет.
Зал громко и стоя аплодирует.
— Тебе понравилось? — спросил меня Клайд.
— Я в восторге!
На сцену снова вышли танцовщицы. Теперь в костюмах восточных красавиц они выполняют те же движения, что и прежде в костюмах фламинго. Это быстро наскучило.
— Я оставлю тебя ненадолго, — сказала я Клайду.
Я прошла меж столиков к золотистой ковровой дорожке.
По залу ходит костюмированный персонал. Человек в желтом смокинге, ведущий шоу-программы, идет и возмущается. Он требует от танцовщиц, не занятых на сцене, немедленно вернуться в гримерку.
Я удивилась, когда то же требование он бросил на ходу и мне.
Мне не пришлось ничего объяснять. Человек в желтом смокинге промчался мимо меня к сцене.
Ненадолго призадумавшись, понимаю, что дело в платье.
Я сделала всего несколько шагов и опять остановилась. Нахмурилась, когда на одном из красивых балконов второго этажа вдруг обнаружила Джона Хэнтона, а по другую сторону стола… Мелиссу Бауэр.
Стою на месте, невежливо уставившись на них.
Мелисса заметила меня. За ее взглядом проследил Хэнтон.
Я опомнилась.
Быстро опустив взгляд, спокойно иду к лестнице, хотя сердце мое рвется из груди.
Мне все равно, что я вижу их вместе. Личная жизнь Джона Хэнтона — это только его дело и меня совсем не касается. Но мне неспокойно от встречи с Мелиссой Бауэр. Впервые после ужина в доме Стоуна мы посмотрели друг другу в глаза!
Впрочем, эта встреча когда-нибудь должна была случиться. Почему бы не сегодня?
Я вошла в большую дамскую комнату, единственную на втором этаже. Встала перед зеркалом, прокрутив позолоченный вентиль крана над раковиной.
Как скоро Мелисса Бауэр появится здесь? Придет ли? Если да, то что она мне скажет?
Что скажу ей я?
Я склонилась над раковиной, охладив пылающие щеки холодной водой, сожалея, что не могу умыть лицо полностью. Мне бы это совсем не помешало сейчас…
Скрипнула дверь. Фигура в атласном бежевом платье встала перед зеркалом по левую руку от меня. Мелисса Бауэр так близко, что я могу чувствовать ее приятный сладкий парфюм.
Мне стало совсем нехорошо.
— Тебе нравится вечер? — спросила меня Мелисса. Голос у нее тихий и дружелюбный. Это страшно.
— Да, — не сразу ответила ей я. Выпрямилась, приложив сухие салфетки к влажному лицу. Украдкой смотрю, как женщина неторопливо поправляет перед зеркалом неброский макияж.
— Необычный выбор, — с улыбкой сказала она о моем платье. — Мисс Бое просила выразить тебе ее комплимент. Точнее сказать, она просила об этом Джона, но я встретилась с тобой первой. Надеюсь, ты не возражаешь.
Певица Бое?
— Бое великолепна, — опять заговорила Мелисса. — Исключительный голос!
— К чему эти разговоры? — очень тихо спрашиваю ее я.
— Что? — женщина будто бы меня не расслышала.
Обратив на нее прямой взгляд, уже громче говорю:
— Зачем ты собрала всех нас здесь?
Женщина больше не смотрит в зеркало. Взгляд янтарных глаз обращен ко мне.
— Ведь это очевидно, — без претензии в голосе продолжаю я. — В этот клуб сложно попасть. Для нас с Клайдом все организовала ты. Зачем?
— По-твоему, я строю тебе козни? — что-то обнаружив в моем лице, женщина кольнула надменным взглядом. — Не льсти себе. Ты не стоишь моего времени и сил.
— Мне очень хочется верить, что это действительно так.
Смотрим друг на друга. Долго.
В воздухе чувствуется неприятное напряжение…
— Не ищи врагов там, где их нет, Анна Лоуренс. Главный злодей этой драмы жизни — ты.
Мелисса положила помаду в маленькую сумочку в своих руках. Неторопливо идет к двери. А когда в уборной осталась я одна, я взглянула на свое отражение в небольшом квадратном зеркале над раковиной, впервые оценив себя в новом качестве.
Было о чем задуматься…
Я заторопилась из дамской комнаты.
