— Я полностью согласен с Вильте. Считаю, что Рон совершенно не нужен тебе. Ричард — не знаю, но после таких ударов это совершенно неприемлемо, по моему мнению. Он перешёл красную черту.
— Дорогая, я тебе такого мужика нашла! — вдруг воскликнула Вильте.
Нино ожила, заулыбалась.
— Какого?
— Оставайся с нами на обед. Сделаем барбекю, салатик, выпьем вина, — предложил я.
— С удовольствием, мне так плохо и одиноко. С одной стороны, перенесла, естественно, все занятия, освободилась. А с другой стороны, мне некуда себя деть, — с благодарностью ответила Нино.
— Вот и решили. До обеда два часа. Поговорим, приготовим. Дети как раз ушли в поход с тренером и вернутся только вечером, — сказала Вильте.
— А давайте не барбекю. Давайте я сделаю настоящие грузинские хинкали. Только мне нужен фарш из баранины или говядины. Вы какой больше любите? — спросила Нино.
— Говядину, — ответил я.
— Витёк, давай шустро сюда фарш организуй, — распорядилась Вильте.
— Витя, постой, я сейчас напишу, что из специй нужно заодно захватить.
Закрутилось.
Вроде бы успокоили Нино, и теперь надо помочь ей прийти в норму. Понятно, что произошедшее для неё сильнейший стресс и унижение. Надо по-доброму, по-дружески, по-человечески помочь.
Я вернулся с фаршем тогда, когда женщины уже раскатывали тесто.
Ностальгия. Вот так же мои родители готовили пельмени.
Нино насыпала каких-то приправ в мясо, я нарезал лук и начал месить фарш. Такую мне поставили задачу.
Сели обедать, выпили вина, и Вильте сказала:
— Вчера мы познакомились с одним банкиром, очень богатым человеком. Он разводится со своей женой. В процессе.
— Это точная информация? А то я по прошлой жизни знала много мужиков, которые всю жизнь разводятся, — сказала Нино.
— Нет. Но он мне сам сказал, — ответила Вильте.
— Для чего? — спросил я.
— Ты что, не понимаешь?
— В том-то и дело, что понимаю, — парировал я.
— Я не поняла. Это задача с этим банкиром или это моя жизнь? — спросила Нино.
— Разве я имею право ставить тебе задачи? Это только этот товарищ имеет такую власть, — со смехом ответила Вильте, кивком головы показывая на меня.
— Это твоя личная жизнь. Но как там может пойти — это один господь бог знает, — попытался я успокоить Нино.
— А что ты теряешь? У меня есть к банкиру (его Роджер зовут) интерес по делам моей фирмы. Реальный интерес. И пока больше мне ничего не нужно. Он понимает характер моего интереса, поэтому встреча не за горами. Ты на ней тоже будешь. В каком качестве, я пока что не знаю. Нам всем вместе надо будет это обсудить. А дальше как получится. Или как тебе, дорогая, захочется, — сказала Вильте.
Обед был в разгаре, когда мне позвонил Ричард и строго предупредил быть в готовности уволить Нино и никуда её на работу не брать. Ничего не объяснил.
Я сообщил об этом прямо всем присутствующим.
— Только что тема с Готтлибом превратилась в главную и чуть ли не единственную. Потому что ему плевать на Ричарда. Он меня должен трудоустроить, — подвела итог Нино.
— Я сама поговорю с Ричардом. Ты останешься работать там, где работаешь и где тебе нравится. С Роджером — это твоя личная жизнь. Нино, устраивай свою личную жизнь так, как сама желаешь, и точка. Всё остальное потом, — ответила Вильте.
Нино вопросительно посмотрела на меня.
— Да, Нино, я согласен с Вильте.
Не дожидаясь пяти отведённых Ричардом дней, уже в среду Нино сообщила ему, что не выйдет за него замуж. Ричард отреагировал очень спокойно. Я знал почему.
У Ричарда и Вильте в воскресенье вечером состоялся разговор. Она его не записала. Вильте решила эту гигантскую для меня и Нино проблему по-своему. Она просто попросила Ричарда. У нас весь балетный бизнес завязан на личность Нино. Вильте рассчитывала, что ему польстит, что она его просит, поэтому он не сможет ей отказать. Так и вышло. Разрулили.
Ещё через несколько дней Ричард поставил своему помощнику задачу навести справки про Рона. Очевидно, что Ричард задет и решил мстить, но решение пока что не принял.
Но мне не нужны проблемы у Рона. Всё изменилось.
Предупредил Рона и сказал, что готов ему помогать, но не знаю как.
Рон рассыпался в благодарностях, что совсем для него не характерно.
Поставил Вильте условие о моём полном и безоговорочном неучастии в её делах с Гленом и Кэти. В точности с рекомендациями генерала Крупина.
Более того, мы с ней обговорили, что она сама не будет участвовать в процессе получения и передачи информации от Глена.
Как я и предполагал, Вильте с удовольствием согласилась с моими требованиями. Эта схема была ею реализована в течение недели, о чём она мне и сообщила.
Кроме того, сказала, что основательно взялась за Кэти и учит её уметь переключать «тумблер», когда они подруги (теннис, покупки) и когда та подчинённая. Рассказала, что далось это Кэти тяжело, с истерикой. Я видел, насколько сильно Вильте раздавила её волю, как сильно Кэти обожает мою жену и боится её.
А Вильте явно и цинично шлифовала навык быстро переводить людей из одного состояния в другое. Это делало их ручными, сильно подавляло их волю, мотивировало стремление угадать настроение Вильте и угодить ей.
