И принялся усиленно ухаживать, нисколько не смущенный тем фактом, что его фея замужем и, возможно, не помнит о его существовании. Леонид заваливал ее цветами, и в каждый букет вкладывал открытки, любовно подобранные и переработанные таким образом, чтобы Алина могла читать их без посторонней помощи. Он видел, что не ошибся в своих предположениях: Алина очень одинока и несчастлива в браке с Павлом Каюровым. Это заставляло его сердце биться быстрее всякий раз, когда он видел ее на сцене или экране телевизора. Пару раз Леонид даже осмелился подойти к ней за автографом. Она доброжелательно улыбалась, глядя сквозь него, подписывая на диске свое имя с наилучшими пожеланиями верному поклоннику.
Так продолжалось несколько лет. Однако подобная ситуация не могла длиться вечно: Леониду потребовалось больше, чем просто лицезреть свой идеал в концертном платье. Алина нужна была ему вся, безраздельно – только для него
– Но еще задолго до этого у Дробыша возникла идея постройки загородного дома под Питером, где он мог бы жить с Алиной и в одиночестве наслаждаться ее талантом, – подытожила Рита.
Она сидела в офисе в компании Киры и Светланы. Ребята дулись на нее из-за того, что начальница лишила их возможности участвовать в оперативных действиях, связанных с поиском Геннадия и задержанием Дробыша, поэтому Рита сочла своим долгом в подробностях описать им события и причины, подтолкнувшие Леонида к совершению преступлений.
– А почему Питер? – спросила Света. – Он ведь сам московский…
– Оказывается, все дело в Алине: еще много лет назад она говорила ему, что Санкт-Петербург нравится ей больше, чем шумная столица. Она – натура романтичная, и история нашего города всегда казалась ей притягательной!
– Это… очень мило, – пробормотала девушка. – Значит, он действительно об Алине думал?
– Выродок! – возразил Кира. –
– А мне его жалко, – задумчиво проговорила Света, кусая ноготь. – Это все любовь… В таком состоянии совершаются ужасные поступки!
– Любовь подразумевает желание счастья для того, кого любишь, – возразил Кира возмущенно. – А Дробыш хотел его только для себя!
– Может, он считал, что Алина воспринимает счастье так же, как он? – предположила Рита. – Ему в голову не приходило, что она может возражать, ведь Леонид убедил себя, что они так похожи!
– А кто та тетка, действующая от лица Дробыша? – задала вопрос Света. – Ее нашли?
Рита кивнула.
– Эта Елена – его личный помощник, но она была не в курсе планов начальника: он приказывал, а она всего лишь выполняла поручения. Ему нужен был кто-то в Питере, ведь сам Дробыш живет и работает в Москве… В дело посвятили только Рогова, пару его подручных и гастарбайтеров, присматривавших за домом. Рогова Дробыш нанимал лично, для всяких темных дел, ведь мужик сидел, а потому запретных тем для него не существовало. Он каким-то образом протащил его мимо начальницы отдела кадров, ведь та строго следует процедуре и ни за что не приняла бы бывшего зэка!
Однако, как и Света, Рита не могла отделаться от чувства жалости к Леониду Дробышу. Конечно, он преступник, не погнушавшийся похищением и готовый на убийство. Тем не менее в глазах Риты причина, побудившая его совершить все это, заслуживала некоторого снисхождения. Она вспомнила, как Леонид пытался защитить Алину, выкрав записи с парковки, чтобы полиция не узнала о ее пребывании на месте убийства Павла Каюрова. До этого он пытался избавить ее от мужа-тирана… Конечно, Дробыш делал это не столько для нее, сколько для себя, желая поскорее уничтожить препятствия, отделяющие его от Алины, и все же Рита не могла не испытывать к обиженному природой человеку сочувствия.
Байрамов ее чувств не разделял. Вечером, заехав в офис, он сказал:
– Надеюсь, ублюдку дадут лет десять! Геннадий в таком состоянии, что неизвестно, когда сможет вновь приступить к репетициям!
– Так плохо? – забеспокоилась Рита.
– Физически – не так, чтобы очень. Он сломлен морально, а это гораздо хуже, чем синяки и переломы ребер.
– Алина с ним?
– Безвылазно.
– Она призналась, кем ему приходится?
Байрамов покачал головой.
– Сейчас не самое подходящее время, тем более что его приемные родители приехали в Питер. Они остановились у Алины.
– Странная ситуация! – вздохнула Рита.
– Надо говорить правду тем, кого любишь. Нельзя врать, тогда не придется оправдываться и придумывать всякие истории!
Рита с тревогой посмотрела на Игоря, но он, кажется, имел в виду только Алину и Геннадия.
– Что-то мне вся эта история напоминает, – добавил он.
– Я знаю, что: Леонид Дробыш – настоящий нибелунг Альберих из оперы Вагнера!
– А Алина кто – похищенное «золото Рейна»?
Рита со смехом закивала.
– А ты у нас – Зигфрид, видимо?
