― Я хочу блины на завтрак, ― требую решительно, сужая глаза и не давая ему возможности сказать «Нет».
― Прекрасно, ― ворчит он и, шагнув вперед, медленно наклоняется ко мне.
Его взгляд перебегает от моих губ к глазам. В течение секунды, ужасающей и захватывающей секунды, думаю, что он собирается меня поцеловать. И я могла бы ему помочь, сократив крошечное расстояние и наконец, по прошествии столького времени, попробовать его губы на вкус. Я вижу, что он тоже этого хочет, но борется со своим желанием.
Мы застываем на несколько секунд или, возможно, минут, трудно сказать. И вдруг, глядя в его глаза, я понимаю, что он так и не решится, чувствую, что он отступает, убегая, как и всегда. Он отходит к двери, не прерывая зрительного контакта, умоляя меня не отталкивать его, когда он так близко к необдуманному порыву. Я резко опускаю плечи, признавая свое поражение, и крепко закрываю глаза, чтобы его не видеть.
― Черт, ― почти рычит он, и затем я слышу, как хлопает дверь.
Я непроизвольно подношу пальцы к губам, уже жалея, что так и не сделала шаг навстречу. Открыв глаза, пялюсь на дверь, желая, чтобы он распахнул ее пинком, ворвался в комнату и целовал меня до потери сознания.
Но, конечно, этого не происходит.
Знаю, фантазия о том, что мы будем вместе ― самое смешное, что когда-либо приходило ко мне в голову. Папа, вероятно, спятил бы от одной мысли об этом, не говоря уже о том, если бы узнал, что это произошло на самом деле.
Я безвольно опускаю руку. Девон скоро вернется, и к тому времени я должна успокоиться и притвориться, что ничего к нему не испытываю.
Я застилаю кровать и складываю всю грязную одежду в корзину для белья. Не знаю, кто стирает мою одежду, но вынимает ее Хэйли. На днях она даже принесла мне мешок с обновками.
Сплошь дизайнерскими.
Кстати, интересно, куда делась Хэйли? Я почти подружилась с ней.
Зайдя в ванную, я полностью раздеваюсь и включаю душ. Дождавшись, пока вода станет комфортной температуры, начинаю мыться. Нахмурившись, смотрю на свои колючие ноги, которые вообще-то надо бы уже побрить. Хотя вряд ли Девон даст мне бритву.
По-моему, он слишком высоко оценивает мои способности.
Вытершись и просушив волосы, я выхожу в комнату, обернутая в одно полотенце. И нахожу в ней какого-то коротышку, стоящего возле кровати. Он окидывает меня косым взглядом. С криком я убегаю в ванную и захлопываю за собой дверь. Конечно, это хлипкая преграда, но тем не менее она дает мне хоть какое-то чувство безопасности.
Кто, черт возьми, тот человек, и почему он находится в моей комнате? Я подпираю дверь, пока мое дыхание не выравнивается, после чего вновь надеваю пижаму, потому что другую одежду в ванную не брала, и, приложив ухо к двери, прислушиваюсь.
Тишина.
Прождав так еще минут десять, наконец открываю дверь и облегченно выдыхаю при виде пустой комнаты.
Гад ползучий.
Десять минут спустя входит нахмуренный Девон, неся тарелку блинов.
― Какого черта, Девон? ― воплю я срывающимся голосом.
― Что опять? Ты больше не хочешь блинов или еще чем-то недовольна? ― Его голос полон сарказма.
Опустив тарелку на тумбу сильнее, чем следует, он не добивается ожидаемого эффекта, ведь пластиковой посудой нельзя стукнуть как следует, но блины с нее соскальзывают.
― Мне не до шуток, ― говорю я, скрещивая руки в защитном жесте.
― То есть? ― спрашивает он, суживая глаза.
― Я застала в своей комнате одного из твоих людей! ― ору я, всем своим видом показывая, что обо всем этом думаю.
― Что за черт? Я же сказал всем, что в эту комнату вход воспрещен, ― говорит он низким сердитым тоном.
И хотя я не должна чувствовать себя лучше от его слов, но определенный эффект они дают. Они меня немного обнадеживают.
― Он просто молча стоял, пристально на меня глядя, а потом ушел, ― указываю я пальцем на место, где видела непрошенного гостя. ― Он был похож на серийного убийцу.
― Я позабочусь об этом. Поешь, ― говорит он и стремительно выходит из комнаты.
ДЕВОН
Я колочу в дверь дяди и вхожу, не дождавшись разрешения. Похоже, он занят жарким обсуждением со Стиви, но когда они видят, что это я, то прекращают разговор.
Стиви выглядит разъяренным. Лицо Фрэнка не выражает ничего.
― Девон.
Фрэнк огибает стол и садится в свое кожаное кресло. Я вглядываюсь в его глаза, но, как обычно, они ничего мне не говорят. Я никогда не видел, чтобы они со Стиви о чем-то спорили. Дядя говорит ― Стиви делает, никаких вопросов или возражений.
― Я же сказал, что разберусь с этим сам, ― цежу я им обоим сквозь сжатые зубы.
Фрэнк утвердительно кивает в то же время, как Стиви недовольно покачивает головой, демонстрируя свое разочарование.
― Так и есть, ― говорит дядя.
― Тогда почему же вы послали одного из своих болванов в ее комнату?
Дядя резко поворачивает голову в сторону Стиви.
― Ты ходил туда? ― говорит он низко.
― Стиви, ты испугал ее до полусмерти, ― произношу я.
Он просто пожимает плечами, как будто ничего особенного не произошло. И, прежде чем я успеваю понять, что делаю, я приближаюсь к нему и хватаю за воротник пиджака.
