Освоение горячей планеты всегда было чем-то из категории невозможного. Но наука и технологии развиваются. И космос становится не чем-то непостижимым, а главным объектом для изучения. Особенно, жизни на внеземных телах. Что, если на Венеру отправится группа людей, чтобы найти подтвеждение наличия фосфина? Это будет значить, что там есть жизнь? Трое мужчин – астроном, археолог и учëный – первые люди на Венере. Что их ждёт? Какие скверные тайны скрывает горячая планета за толстым слоем атмосферы? Найдут ли они жизнь?
Учëные обнаружили наличие фосфина на планете Венера. Данные не были подтверждены долгое время. Поэтому был создан специальный скафандр из вольфрама, снабжённый современными технологиями, позволяющими беспрепятственно исследовать поверхность горячей планеты, чтобы совершить экспедицию с целью поиска ядовитого газа – признака живых организмов. На создание космического корабля, способного пройти через атмосферу, костюма и обеспечения условий для жизнедеятельности космонавтов на самом горячем теле Солнечной системы потребовалось несколько лет, но результат удовлетворил все ожидания. Впервые космический аппарат «Венера – 01» с тремя пассажирами спустится на Венеру в 2044 году.
Гравитация на Венере практически равна земной, она меньше на одну единицу, но это не мешает нам сейчас беспрепятственно исследовать окрестности планеты. За трое земных суток мы не обнаружили ничего, кроме твердого грунта Венеры и висмута на горных вершинах, заполняющих практически всë вокруг.
Поверхность планеты земной группы довольно необычная, чем вызывала заинтересованность у многих учёных и астрономов. Они бы сейчас были в восторге увидеть реальный ландшафт горячей планеты через установленные в наши скафандры камеры, если бы связь с Землёй не пропала. Она резко оборвалась ещё вчера. Мы так и не можем связаться с центром управления, но Гриша старается наладить контакт, одновременно изучая структуру висмута в лаборатории нашего шаттла. Не знаю, сколько продолжится разрыв между нами и центром, но поиски фосфина пока что не дают должного результата: прибор не показывает наличие газа в воздухе. Мы обошли немало территорий, но ничего. По крайней мере, пока что ничего. По плану экспедиция должна продлиться 7 земных суток, иначе вальфрамовые скафандры начнут сдавать позицию. К этому времени нам необходимо пройти как можно больше километров, дабы убедиться в существовании или, наоборот, в отсутствии ядовитого газа, подтверждающего наличие жизни на этой планете.
–Хэй, опять уснул? Ты вообще слышишь меня? – мужская рука замелькала перед защитным покровом лица и голос слева вытащил меня из моего сознания.
–Нет.
–Как обычно. Ты где летаешь, скажи мне? Гравитация, вроде, позволяет спокойно идти и внимательно слушать своего друга, – саркастически подметил он,– я говорю, представь, мы в один из прекрасных дней, – сделал акцент на предпоследнем слове, – находящихся здесь, также идем в надежде наконец-то найти этот, будто специально спрятанный от нас, фосфин и натыкаемся на маленьких зеленых человечков. Твоя реакция? – озорно посмотрел на меня Сеня, ожидая ответа в своём скафандре. У нас троих в костюмах закреплена рация, передающая звуки друг другу, пока мы находимся в защитной оболочки. Поэтому Гриша нас сейчас не слышит, так он не в скафандре. Но если бы он услышал этого недалекого, то ухмыльнулся от его тупого вопроса.
–Ты издеваешься? – я вскинул бровь и взглянул на него, давая понять, что считаю его вопрос глупым и не собираюсь отвечать на него.
Тот засмеялся.
–Не, я серьезно. Я бы подошел и спросил, что они вообще могут делать в такой дыре? Как они живут здесь? – он раскинул руками и пнул небольшой камушек. Тот покатился вперёд и попал в серебристого цвета озеро сравнительно маленького размера. Оно походило на разлитую ртуть.
–Чтоб меня! Ты погляди какая красота! Беру свои слова обратно, это нереально круто! – чудоковатый археолог приблизился к жидкому зеркалу, разглядывая его, как мальчишка новенькую машинку.
–Это расплавленный свинец! – заключил Арсений, посмотрев на меня горящими глазами. Мне этот огонек не понравился, так как он явно что-то придумал.
–Что будем делать? Грише бы это увидеть – указал я рукой на жидкость перед собой. Представляю, что бы с нами сейчас было, будь мы без специального снаряжения. Мы бы за долю секунды сгорели и испарились, словно нас здесь и не было. Такое может произойти, если мы не успеем за оставшиеся 4 дня наладить связь с Землёй. Но сколько продержится корабль, никому не известно. Он также сделан из тугоплавкого вольфрама, но ведь размеры в разы превосходят скафандры, что может замедлить процесс плавления. Будем надеяться на скорейший контакт.
–Если мы попробуем принести его в лабораторию, то он мгновенно затвердеет. Остаётся привести сюда Григория, мало ли что он может сказать по этому поводу, он же у нас мегамозг – ухмыльнулся археолог, продолжая стоять рядом со свинцом ко мне спиной.
–Только не говори мне, что ты хочешь зайти туда – я понял, что за дурацкая идея возникла у Сени в голове.
–Ладно, не буду говорить – хохотнул этот безумец и уже наклонился, собираясь тронуть вальфрамовой рукой расплавленное вещество.
–Стой, ты что творишь? Совсем с ума сошёл? Ты хоть знаешь, что тебя потом ждёт? – я чуть было не подбежал к нему, но вовремя остановил себя.
