- Волосы споласкивать - лучше и нет средства, госпожа. Коса густая будет, и зверь не заведется - боиться он этакого запаха, - сообщила она, намыливая рукавицу. Терла меня бережно, всё время уточняя, не больно ли мне. - А то ведь, госпожа графиня, бывают уж с такой-то нежной кожей бырышни, что и мыть страшно! Только тронешь - уже ойкает.
Я так поняла, что "зверем" она назвала вшей. Мне удалось хорошо промыть волосы и немного отсидеться в тёплой воде, подтянув колени к подбородку – бадья не предназначалась для того, чтобы в ней кто-то лежал.
Дело шло к вечеру, я расправила и сушила волосы, а грязная вода все ещё стыла посередь комнаты. Я ожидала, что её уберут, но на мой робкий вопрос служанка удивлённо ответила:
- А как же господин граф? Али думаете - не захочет с дороги обмыться?
Ситуация была максимально неприятная. Порывшись в памяти, я вспомнила всё, что узнала в своём мире о средневековых особенностях купания и с ужасом поняла, что вот в этой мутной мыльной воде должен будет мыться мой муж. Да и в целом, застилая кровать, горничные были уверены, что спать мы будем вместе. Все это мне очень не нравилось, но паниковать раньше времени я не стала. Хочет мыться в грязи – пусть моется. Однако Леона я ждала немного нервничая и загадывая, как всё сложится.
Сложилось все на удивление спокойно. От барона Леон вернулся чуть выпившим, но вполне вменяемым. Брезгливо поморщился, глядя на лохань с грязной водой и потребовал вынести её. Прислуга подчинилась без вопросов, но больше всего меня удивило, что мыть моего мужа пришла та же самая Линна.
- Ой, а чего ж воду вылили? Я думала горяченькой дольём и ладно будет…
- Нет уж, хозяюшка. По мне пусть хоть холодная вода будет, лишь бы чистая, – спокойно пояснил Леон.
- Ну, как прикажете, господин граф, как прикажете…
Служанка принесла с собой ту же плошку с жидким мылом и грубую шершавую мочалку. Леон, смущённо глянув на меня, начал раздеваться, небрежно сваливая вещи прямо на пол. При этом он совершенно не стеснялся Линны – достаточно молодой и симпатичной женщины. Я отвернулась к темнеющему окну и так просидела все время, слушая всплески и короткие фразы типа: «…под лопаткой еще потри…», «…голову нагните, господин граф…», «…стойте, вот тут еще мыло осталось…».
Закутанный в чистую сухую простыню Леон уселся за стол напротив меня, а слуги второй раз принялись вычерпывать и выносить воду. Мы молчали. Минут через двадцать горничная протёрла пол и вновь заглянувшая в открытую дверь Линна уточнила:
- Покушать не изволите ли чего?
Леон вопросительно глянул на меня, и я ответила:
- Я бы выпила травяной взвар.
Местный взвар, который употребляли вместо чая, мне очень нравился. Он обладал богатым вкусом потому, что поварихи смело смешивали различные травы, листья и веточки, щедро добавляя сушёные фрукты и каждая чашка отличалась немного другим вкусом и букетом. Здесь, в замке барона, взвар имел отчётливый привкус чёрной смородины.
Леон тоже не отказался от кружки взвара и некоторое время мы молчали, а потом он попросил:
- Отвернись пожалуйста.
Я отвернулась, он пошуршал тканью и когда снова сел напротив, я поняла, что он просто скинул влажную простыню и надел белую полотняную рубаху. В глубоком вырезе видно было белую кожу совершенно без загара, мне стало неловко, как будто я подсматриваю за ним. Я отвела взгляд, а Леон хмыкнул и заговорил:
- Софи, тебе не нужно меня бояться. Я не могу объяснить всем и каждому, почему нам нужны разные спальни. Кроме того, знать это кому-либо – вообще не желательно. Но я тебе уже говорил – я не насильник. Да и ты – не случайная сельская девка, а моя жена. Тебе незачем меня опасаться. Я выполню, что обещал.
Неожиданно его речь и ухмылка вовсе не успокоили меня, а наоборот разозлили. Я резко повернулась, посмотрела ему в глаза и сообщила:
- А я вовсе не боюсь вас, господин граф, – хотелось ещё добавить, что ничего нового я увидеть не смогу, но вот от этой фразы я благоразумно удержалась. – Я не боюсь тебя, Леон, но мне сильно не нравится твое отношение ко мне.
Он выглядел уставшим и несколько растерянным, помолчал, недоуменно подал плечами и аккуратно спросил:
- А что не так, Софи? Я понимаю, что тебе тяжело без горничной в дороге. Но я делаю все, что могу… А когда путешествие закончится, ты войдёшь хозяйкой…
- Леон, до свадьбы ты обещал, что объяснишь мне все. Но никаких объяснений я не получила. Более того, ты даже не позволил мне прочитать завещание отца. Ты считаешь меня слабоумной, не способной понять документ? Мне не настолько тягостно путешествие, чтобы я жаловалась. Меня беспокоит другое. Ты знал о моих проблемах с матерью и воспользовался этим, чтобы склонить меня к браку. Но своими проблемами ты делиться не хочешь. Ты мне не доверяешь?