Фонарики других членов группы прореза́ли темноту, мелькая в разных направлениях. Слева послышался плеск воды; Элена повернулась и увидела огромное водяное колесо из дерева. Вода текла с потолка пещеры и уходила через отверстие в земле.
Может, наверху есть потайное озеро? Там точно был виден открытый люк, через который и хлестала вода. Вероятно, он открылся, как только Кэт нажала кнопку в форме осы, после чего опустился мостик.
Старинный механизм, как и бревна, которые трогала Клара, побелел от долгих лет соприкосновения с солью. Правда, эта деревянная постройка еще могла говорить – точнее, стонать.
Зубцы издали зловещий скрип, а вращающееся колесо жалобно вздохнуло.
От этих печальных звуков по телу Элены пробежала дрожь, да и в пещере вдруг стало как-то холодней. В соленом воздухе пахло сыростью, а еще чем-то горьким и едким.
Как от залитого водой костра.
Свод пещеры достигал высоты трехэтажного дома. Помещение было просторным, прямо как часовня Святой Кинги, но через пару шагов стало ясно, что на этом его сходство с польским собором заканчивается.
Каменный пол выглядел обожженным. Повсюду виднелись следы погребальных костров, и Кэт подошла к ближайшему.
– Обгоревшие кости, – сказала она и посветила фонариком на остальные бугорки. Некоторые были собраны в плотные кучки, другие рассеяны.
– Наверное, это останки шахтеров, которые не смогли отсюда выбраться.
Монк подошел к высокому холмику.
– И их лошадей, – добавил он, печально качнув головой.
Элене рассказывали, что шахтеры и их лошади почти никогда не видели солнечного света. Согласившись на такую работу, они словно отправлялись в тюремный карцер. Неудивительно, что заражение удалось ограничить.
Аккуратно обходя могильные холмы, Клара перекрестилась, прикладывая кончики пальцев ко лбу, груди и плечам. Элена повторила ее жест, моля господа о спасении.
Кэт остановилась и тронула носком ботинка маслянистый слой сажи у высокой кучки пепла.
– Чтобы зачистить шахту, сюда принесли бревна, потом залили все керосином и подожгли, завалив вход в пещеру.
Разглядывая пепел, Элена пыталась представить, каково было шахтерам, попавшим в ловушку. Судя по расположению холмиков, они не поддались панике, не побежали к выходу. По рассказам Клары она поняла, что шахтеры были тесным сообществом, семьей. Большинство из них к тому моменту уже серьезно болели, а может, поняли, какую угрозу несут напарникам, и решили пожертвовать собой ради всеобщего блага.
Элена снова перекрестилась – на этот раз из уважения к мертвым, ведь их страдания спасли мир, не позволив заразе выбраться из шахты.
«Вот настоящие святые», – подумала она, глядя на останки.
– Сюда! – позвал Сэм.
Вместе с доктором Сласки энтомолог обошел стороной шахтерское кладбище и двигался вдоль стены, чью нижнюю часть покрывал слой сажи. Казалось, огонь волнами накатывал на камни, обжигая их. Члены группы подошли ближе. Сэм и доктор осветили фонариками стену – и та ответила красноватым сиянием.
Кэт тихонько ахнула, Монк присвистнул.
– Янтарь, – сказал доктор. – Тут
Шокированные таким зрелищем, они направили свет на свод и другие стены: повсюду камень отражал лучи огненным сиянием.
– Мы как будто внутри огромного драгоценного камня, – прошептала Элена.
– Может, так оно и есть. – Сласки провел рукой по янтарю. – Какой гладкий…
– Словно растаял, а потом затвердел, – согласилась Элена.
– Вот именно. Янтарь становится пластичным при ста пятидесяти градусах по Цельсию. На предприятиях нагревают небольшие кусочки, чтобы затем под высоким давлением переплавить в крупные камни.
– Тут произошло то же самое? – спросила Кэт, рассматривая бескрайние запасы янтаря.
– Только в более серьезных масштабах, – с трепетом произнес Сласки. – Если артефакт мистера Смитсона и вправду из этой пещеры, то возраст залежей можно оценить в сотни миллионов лет. Они сформировались еще до того, как тектонические силы сдвинули континенты в их нынешнее положение. В то время здесь находилось заросшее соснами побережье древнего моря Тетис. От жара и давления янтарь расплавился и растекся по всему берегу, а под действием газа образовался пузырь в виде пещеры.
– Это все замечательно, – сказала Кэт, – но если Джеймс Смитсон добыл свой образец тут, то где именно?
Клара посветила на дальнюю часть пещеры: вся стена там была раздроблена. Из пепла торчали железные колеса тележек и наконечники мотыг. Брошенные инструменты горели, пока от них не остались лишь металлические скелеты.
Сэм и Сласки продолжили исследовать стену. Судя по всему, в пещере сохранились и более древние останки.
Шаги Сэма замерли. Он практически прижал фонарик к янтарю, подсвечивая камень.
– Господи, кажется, это нетронутый экземпляр
Члены группы облепили находку. В янтаре сохранилось крылатое насекомое размером с кулак.
– Гигантская цикада, – пояснил Сэм. – Из раннего мелового периода.
Не успели они рассмотреть существо, как энтомолог бросился дальше.
