– Да какая она Юдифь Романовна! – отмахнулась старуха. – В жизни ее так никто не называл!
– Подробнее, бабуля! – Толик покосился на слонов.
– Ну, значит, знаю я ее давно, работали раньше вместе в участковой поликлинике, я – уборщицей, а она в регистратуре с больными собачилась. Потом уволилась она, потому как жалоб много поступало, уж очень Юдька была с больными стервозна. Одного инвалида после разговора с ней прямо с инфарктом в больницу увезли, так и упал возле регистратуры. Ну тогда главврач и велел Юдьке увольняться. Сунулась в другое место, а там в регистратуре своих собак хватает. А характер у Юдьки сволочной, она не только с больными собачилась, а и всех в поликлинике достала, так что никто ей помогать с работой не спешил. Ну работала кое-где, я с ней связь потеряла, а тут третьего дня является прямо сюда и предлагает квартиру сдать на несколько дней. Я – как да зачем, не люблю чужих пускать, а она такие деньги предложила, что задумалась я. Тем более она говорит, что мебель всю надо вывезти, а они свою привезут.
– Кто это – они? – вклинилась Лена. – Вы спросили, для чего ей квартира нужна?
– Я-то спросила, да она не ответила. Тебе, говорит, баба Сима, деньги большие заплатят, так ты и молчи. Меньше, говорит, знаешь – крепче спишь. И как-то мне сомнительно стало, но деньги нужны, так что я и согласилась. Тем более мебель вывозить не надо, снесли в подвал, да и все. У нас подвал хороший, там раньше склад был, ну меня и пустили на несколько дней. А сегодня звонит Юдька – отбой, говорит, баба Сима, можешь обратно вселяться.
– А деньги отдала? – спросил Толик.
– Да в том-то и дело, что только половину! – возмутилась старуха. – Вот ужо разберусь здесь – поеду к ней. Так дела не делаются! Звонила – номер не отвечает.
– Адрес, бабуля, давай!
– Да пожалуйста! – Старуха порылась в ящике комода и выдала Толику засаленную бумажку. – Если застанете, то про мои денежки ей напомните!
Проходя назад мимо разобранного стола, Толик без всякого усилия поднял тяжеленную столешницу и водрузил ее на место.
– Ой, спасибо! – восхитилась баба Сима. – Ой, молодец! А то я голову ломаю, как этот стол собрать! Это еще бабки моей вещь…
– Припомню я ей ее хамство! – мстительно проговорила Лена, когда они подъезжали к дому, где, по словам старухи, проживала Юдифь Романовна. – Надо же, «нотариус принимает только по предварительной записи»! Как будто к нему очередь выстроилась! И чаек ее припомню… хорошо, что я не стала его пить!
Толик ничего не сказал – он молчал, мрачно уставившись на дорогу, словно его мучили недобрые предчувствия.
Наконец они нашли нужный дом.
Это был типовой девятиэтажный дом из тех, какие во множестве строили в семидесятые и восьмидесятые годы. Перед ним росло десятка полтора чахлых деревьев и катались по асфальтовой дорожке подростки на роликовых коньках и скейтбордах.
Толик нашел свободное место, припарковал машину. Они подошли к нужному подъезду.
На двери подъезда был установлен домофон. Толик потянулся к его кнопкам.
– Погоди! – остановила его Лена. – Нужно сначала придумать легенду.
– Какую еще легенду? Что мы – братья Гримм?
– Ты что собираешься прямо ей сказать – здрасте, Юдифь Романовна, мы к вам по поводу фальшивого нотариуса?
– Да нет, конечно! – Толик набрал на табло номер квартиры.
Из динамика донесся странный глуховатый голос:
– Кто?
– Курьерская доставка! – бодрым голосом проговорил Толик. – Заказное письмо!
– Заходите!
Замок щелкнул, дверь открылась.
– Видишь, как все просто! – Толик распахнул дверь и пропустил Лену в подъезд.
Подъезд был в лучших традициях – полутемный, грязный, в нем пахло вчерашними щами и кошками. И в довершение ко всему лифт не работал, так что пришлось подниматься пешком на седьмой этаж.
Остановившись у нужной двери, Толик перевел дыхание и надавил на кнопку звонка.
Громкая трель раскатилась за дверью, но никто им не открыл.
Толик выждал пару минут и еще раз позвонил.
– Странно! – проговорила Лена. – Она ведь только что ответила нам по домофону, так что не успела бы никуда уйти.
– Тем более она нас ждала!
– Может, потому и ушла? Может, мы ее спугнули? Все-таки нужно было продумать легенду.
– Ты смотри-ка – дверь не закрыта! – произнес Толик, почему-то понизив голос.
Действительно, только сейчас Лена заметила, что входная дверь квартиры немного приоткрыта.
– Странно… – протянула она.
Эта приоткрытая дверь вызывала у нее какое-то недоброе предчувствие.
– Да, может, она открыла нам дверь, а сама пошла, скажем, руки помыть! Ну приспичило человеку!
Лена хотела что-то возразить, но Толик решительно распахнул дверь и вошел в прихожую, так что ей ничего не оставалось, как послушно последовать за ним.
Прихожая была самая заурядная – небольшая, пыльная, тесная, справа от двери имелась вешалка с узким зеркалом и подставкой для обуви, под ногами – резиновый коврик с надписью Welcome. Откуда-то из дальней комнаты доносился приглушенный голос. Что-то в нем было ненатуральное.
– Юдифь Романовна! – крикнула Лена в глубину квартиры.
Никто ей не ответил.
Толик пожал плечами и пошел туда, откуда доносился голос.
