Выбор объяснялся просто. Нужен был кто-то сведущий в делах крымских. Опытный торговец Омар наверняка не упустил возможность получить совет у знающего человека.
Старый грек хорошо помнил моего брата. Сам он уже давно не путешествовал с товаром, сидя в своей богатой лавке неподалеку от стен Святой Софии и пробавляясь больше посредническими сделками. Благо обширные знакомства, приобретенные за годы торговли, позволяли торить тропки ко многим важным и богатым клиентам.
Правда, русская митрополия его интересовала мало. Далеко, да и язык греческий в тех краях мало кто знает.
– Страна неведомая, загадочная. Другие люди, другие порядки, – с легкой улыбкой попенял он. Лукаво покосившись на Киприана, добавил: – Там болгарам сподручнее дела вести. Они с русскими хорошо друг друга понимают.
Сам грек вел дела с Крымом. Там под рукой константинопольского патриарха было целых две митрополии: Сугдейская и Готская. Из этих мест было легко достать до Кавказа, где тоже полно христиан, хоть и не всегда православных. Хорошо шли благовония и в Орде.
– Крым ведь как раз Сугдейская митрополия. Вплоть до Таны. За ней русские епархии. Сама ханская столица Сарай тоже к Москве относится.
– К Киеву, – поморщившись, поправил Киприан.
– Титулы в нашем купеческом деле мало что значат, – отмахнулся грек. – Покойный Феогност в Москве сидел, а теперь и вовсе на кафедру поставлен московский уроженец, да еще русского рода.
– К нему экзарха приставили. Чтобы не подумал, что теперь Дом Богородицы – московская вотчина.
– Знаю, слышал. Дьякон Пердика. Только вот что я тебе скажу. Он, твой дьякон, по-русски разумеет? То-то и оно. Значит, будет делать то, что скажут толмачи. Знаешь старую историю про толмачей? Пришли латиняне к одному греку, взяли переводчиком соседа, который их язык знал. Говорят, а он переводит. «Куда девал золото?» – «Нет у меня никакого золота». – «Если не скажешь – мы тебя зарежем!» – «В саду оно закопано под розовым кустом. Черт с вами, забирайте». – «Нет у меня никакого золота», – переводит сосед. Вот так.
– Отец Георгий муж опытный, во всяких премудростях и плутнях сведущ, – возразил Киприан.
Грек не стал спорить. Он умел говорить о деле.
– Я предлагал этому Омару помощь. Тогда еще нового митрополита не поставили, но знающие люди уже знали, кто будет. И что Пердику к нему в экзархи определят. Можно было уже заранее прямо здесь в Константинополе обо многом договориться. Да и с крымскими делами хотел пособить. У меня и в Готской, и в Сугдейской митрополии немало хороших знакомцев имеется. Долю запросил умеренную. Отказался.
– Видно, доля была не такая уж умеренная, – не удержался Савва.
Грек даже бровью не повел:
– Ты меня совсем за дурака не держи. Я же понимал, что человек сам в те края едет. Зачем ему посредник, коли он может все дела там напрямую решить? Ясное дело, он ни о чем договариваться не будет, пока сам тамошних дел не разведает, цен и условий не узнает. Вот на обратном пути и оценит мое предложение. Оно было довольно выгодным. Лучше, чем самому мотаться с товаром туда-сюда из Египта в Крым. Особенно в наше неспокойное время.
– Так, выходит, он не совсем отказался, а только отложил разговор до возвращения?
– Думаю, это его не сильно заинтересовало. Знаешь старую присказку про то, что на базаре два дурака: один продает, другой покупает? Там она к месту. Можно и всучить негодный товар втридорога недотепе. В серьезной торговле с такой хваткой делать нечего. Здесь народ тертый, прожженный, считать умеет. Обмануть можно разве что какого новичка. Потому правила игры хорошо известны. Я сделал твоему брату самое лучшее предложение, какое он мог получить здесь в Константинополе. Может, он и принял бы его на обратном пути. Только выгоды от него особой для вас не было.
– Выгодное предложение, от которого не было выгоды? – улыбнулся я.
– Ты пропустил слово «особой». В торговле не бывает чудес. Это не поиск сокровищ. Там, где давно проторены торговые пути, все устоялось. Известны и продавцы, и покупатели, караванщики и корабельщики. Цена на каждом рынке. Пошлины и размеры кредита, который можно получить у менялы. Здесь у каждого свое место и своя доля. Все определилось за годы. Все друг с другом знакомы и связаны. Увеличить чью-то долю можно, лишь чью-то уменьшив. Новый человек всегда ущемляет интерес старого. Хорошие деньги можно делать, только найдя новый рынок. Куда ты проделаешь более удобный ход. Думаю, твой брат за этим и ехал.
Вспомнились замыслы Омара оплачивать поставки рабов ладаном. Это позволяло получать долю с работорговцев.
