В долине среди гор, куда они вышли, было ещё довольно сумрачно - лучи рассвета только пробивались из-за горных вершин, деревья и кусты вдалеке казались кусками ночной черноты. Выходит, они ходили по лабиринту всю ночь? Хотя что в этом странного, летние ночи коротки… Впереди виднелось низкое прямоугольное здание, кажется, без окон, окружённое ещё несколькими подобными убогими строениями поменьше. По-видимому, туда-то их и ведут - а больше куда? Значит, это остраженный и назвал гнездом? Остроумно… Вблизи ещё больше похоже на коробку. На Центавре в бедняцких районах вообще много домов-коробок, но те хоть с окнами, а здесь только дверь. Их втолкнули внутрь - и снова полумрак, только душный, дымный, а грудь не успела насладиться чистым свежим воздухом после сырости-затхлости пещер. Но уже через мгновение зажжённых фонарей стало больше, и вскоре комната - весь дом был в одну комнату - была вполне прилично освещена. И оказалось, что она полна народу. Человек двадцать уже было здесь, тихие хлопки двери за спиной возвещали, что пришёл кто-то ещё… Кажется, теперь тридцать… Ну да, это тоже человеческое жилище, как ни тяжело это так назвать. По двум стенам - нары в три яруса. Видимо, здесь они все вповалку и спят. Преимущественно мужчины, но есть несколько женщин. Детей не видно. Ни стариков, ни детей или молодых людей, все среднего возраста и за средний, крепкие, жилистые, с нелюдимыми измождёнными лицами. Телепаты. Что собрало их здесь вместе? Вот этот немолодой лысеющий центаврианин, на которого они смотрят с таким почтением и страхом? Что же за власть у него такая? Как телепаты и Страж могут спокойно находиться под одной крышей? Или вовсе не спокойно? Третья стена практически вся была занята огромной печью, заставленной кастрюлями, в которых доходило что-то съестное, четвёртая - та, что с дверью - насколько успела оглядеться Селестина, была застроена полками со всяким инструментом и, кажется, оружием. Посреди комнаты стоял большой стол, вокруг него и толпились эти мужчины и женщины, одетые почти одинаково в невзрачную простонародную одежду, а некоторые и практически в лохмотья.
Пленников усадили на грубо сколоченные стулья возле этого стола, четверо конвоиров встали попарно за спиной. Если до сих пор ситуация казалась очень скверной, то теперь она точно была хуже некуда. Единственный выход отрезан, даже за минусом верёвок на руках, о численном перевесе не стоит говорить. Что ни говори, минбарцы молодцы в том, что много внимания уделяют подготовке к смерти, воспитанию невозмутимости воинского духа. Надо было больше с ними общаться…
Остраженный, взяв кухонный нож (Селестина даже не успела вздрогнуть), перерезал путы на их руках.
– Теперь дайте сюда бумаги, лучше побольше. Сейчас эти голубчики нам подробненько перепишут имена и псевдонимы всех их подельников, план и местоположение их лагеря, позывные… если жить хотят, верно ведь?
– Можно подумать, после этого вы оставите нас в живых, - мрачно огрызнулся Фальн. Селестина даже обрадовалась, что он подал голос, - дураку должно быть понятно - мы живы до тех пор, пока вы надеетесь от нас что-то узнать. Как только всё узнаете - зачем мы вам дальше? Лично я разыгрывать и тянуть время не умею, и просто мне доставит удовольствие плюнуть вам в рожу и сказать, что вы ничего не добьётесь. Так что кончайте уж сразу, не тратьте время.
Селестина могла поклясться, что на лице центаврианина мелькнуло необычайное удивление, и на секунду у неё возникло ощущение, что во всей этой сцене что-то сильно не так. Что и до этого что-то цепляло её, стучалось в голову, но голова, пришибленная ментальным давлением, неспособна была это воспринять…
– Нахальный-то до чего… И этим ты мне нравишься! Да с чего ж ты решил, что непременно убьём? Эти дуболомы трупов и так немало наделали. А телепатка - это ценность, таким не разбрасываются. Немного душевно поработать с девушкой - и она станет нам так же полезна, как была до этого своим хозяевам. Тем более что я умею быть не только строгим, но и щедрым. Смекаете?
Что-то не верится, усмехалась про себя Селестина, глядя на фешенебельные условия, в которые ты поселил своих людей. Но может, и правда подыграть твоему самомнению… Просто из тех соображений, что сбежать от тебя по дороге будет проще, чем отсюда. Но нет, что-то ещё есть, чего она никак не может понять…
– Но я-то не телепат, зачем вам сохранять жизнь мне? Такого добра ещё пол-Центавра. Если только для того, чтоб шантажировать её мной…
– Ну хотя бы для этого, да. И повторюсь - ты нравишься мне этой смешной дерзостью. Разве я не могу сохранить тебя… ну, просто для себя?
– А что, эта тварь у тебя на плече тебя плохо удовлетворяет?
Селестина остолбенела. Это… невозможно, нереально! Фальн не должен видеть Стража! Что же…
Одна из женщин между тем подошла к ним ближе.
– Господин… Осмелюсь сказать, господин - я верю им, я вижу, какова их убеждённость. Это фанатики, они действительно не согласятся работать на вас. Разве нас у вас мало? И если вам нужна женщина-телепатка… Мы ведь всегда счастливы послужить вам!
