– Ну, космические корабли, строго говоря, мать-природа тоже не создавала. Как допускается… Раньше хуже допускалось, у нас тоже нетерпимости всех видов во все времена много было. Но время идёт, мы становимся цивилизованнее, 23 век к концу идёт всё-таки… Ну, вот мне, если честно – как-то плевать. Меня это никогда не касалось, сам я мужчинами не интересовался, а мужчины, насколько я знаю – мной. И половина человечества, думаю, примерно так же считает. Личная жизнь, она на то и личная. Нет, много, конечно, и тех, кто не понимает, не принимает, очень агрессивно так не принимает… Из религиозных тоже соображений, или ещё каких-нибудь… Но это, опять же, не официальная позиция, а личное дело. Да и, то, что вы сказали – есть мужчина, есть женщина, и всё вроде бы просто – у нас и у вас да… А вот есть, например, расы, которые гермафродиты. Или делятся на иное количество полов.
– А какой ещё-то может быть пол, кроме мужского или женского? Средний, что ли?
– Вроде того. Что-то вроде рабочих, бесплодных особей у насекомых, или, наоборот – в зачатии нового существа участвуют два пола – мужской и женский, а вынашивает и выкармливает уже некий третий…
Система требовательно пискнула, сообщая о готовности к выходу из гиперпространства.
– Так… Что-то маркировка приводного маяка меня как-то тревожит… Какого чёрта их в сектор Центавра-то принесло? Хотя центавриане, как ни крути, конечно, народ интересный, да и с лорканцем центаврианину найдётся, наверное, о чём словом переброситься… не в плане религии, в смысле… А это ещё что такое?
– Капитан, сигнал с маяка. Биологическая угроза. Сам не верю в то, что вижу, но мы, похоже, возле Накалина.
– Вижу, к сожалению, Талес, и сам это прекрасно… Господи, господи, только скажи, что они на эту планету не садились… Системы «Золотого Дара» должны были ведь принять и расшифровать сигнал-предупреждение? Что у нас там по их сигналу, Талес?
– След уходит в атмосферу планеты… И снова возобновляется с отклонением… в… фиксирую…
– Что ж, будем надеяться, «Золотым Даром» теперь не управляют накалины. Господи, когда вернусь на Минбар, отправлюсь в Храм Майра на Дневное молчание… Я давно так явственно не вспоминал, что у меня есть нервы…
– На связи «Белая Звезда-44». Да… Капитан, вам стоит это услышать…
– Так, куда это нас опять занесло? Судя по карте, мы на границе освоенного космоса. Дальше на картах древних, конечно, ещё что-то отмечено, а вот перевода уже нет – видимо, лорканцы-то сюда точно не долетали… Ну, и нам не надо. Рассчитаем курс и в добрый путь отсюда.
– Сканеры что-то засекли!
– Живое что-то? В смысле, это чей-то корабль?
– Сложно сказать… скорее, это… Сейчас выведу на экран.
Перед их потрясёнными взорами открылась картина сражения. По-видимому, жестокого сражения, и по-видимому, совсем недавнего - яростно искорёженные листы металла, судя по тепловым датчикам, ещё не успели остыть в ледяной бездне.
– Кто это был? Мне с ходу в этих обломках ничего не опознать…
– Чей-то сигнал! Тут кто-то выживший есть!
– Можем поднять на борт?
– Думаю, да.
Для различных экстренных случаев накалин оставил им, сколько смог, инструкций, расписав лорканским шрифтом стены нескольких помещений. Делать ему это, ввиду того, что щупальца мало предназначены для держания какого бы то ни было писчего прибора, было очень непросто, поэтому успел он немного. Аминтанир регулярно бегал к этим стенам сверяться в том или ином вопросе.
Захват пострадавшего корабля прошёл практически гладко… Практически – ибо разбитый, изрешеченный истребитель в процессе развалился, к счастью, уже будучи в недрах захватившего корабля. Виргиния спешно подбежала к груде обломков, по пути размышляя, что с медицинской помощью-то у них, получается, тоже как-то туго…
Из кабины, от которой уцелело, практически, только капсулообразное сидение, вывалился пилот. С первого взгляда его можно было принять за человека, человеческую женщину. Но только с первого. Тёмные густые волосы имели несколько другую фактуру, иным было строение черепа, особенно в области лба и надбровных дуг. Необычным был и комбинезон. Виргиния подумала, хмыкнув, что это некая противоположность лорканцам – если у тех одеяниями служили разной модификации балахоны (ни ради каких соображений целесообразности и удобства нельзя позволять подчёркивать контуры тела!), то эти, напротив, ограничивались неким логическим минимумом. «Неудобно ведь должно быть… с таким процентом обнажённой кожи… холодно… хотя может быть, у них температура тела иная…».
Она присела рядом с пострадавшей, осторожно ощупала её.
– Аминтанир, принеси биосканеры. Попробуем определить повреждения, ну, как умеем…
