– Как-то в детстве я читала одно фэнтези, был там герой… Ну как герой – персонаж, глубоко отрицательный… Ну до того гадкий, сочувствовать нечему, придворный интриган, отравитель, впоследствии дослужился до… как же это там формулировалось… В общем, руководитель тайного придворного сыска и главный среди заплечных дел мастеров… Я тогда подумала – может быть, если б этого человека кто-то в жизни любил – он таким бы не был? Может быть, пригрей его какая-нибудь женщина, роди ему ребёнка – он бы и послал всё это к чёрту? Потом, когда дальше читала, я поняла, что ему самому это было как-то не надо, есть вот люди, женатые на работе, а ему такая работа более всего по душе… Если, видимо, привык ловить оргазм от власти над чужими жизнями и от мучений человеческих – обычный оргазм после этого пресен… Но саму мысль я запомнила – может быть, хоть у некоторых людей так шанс появляется… Ты это понимать и не обязана, Офелия, и прощать его, в общем-то, не обязана – ему это всё равно уже ничем не поможет, за свою душу и всё, что на ней, каждому самому ответ держать…
– Что случилось, Диус? С утра ты как будто был в хорошем настроении.
– Был… Но есть такие, кто мастера его портить, и если я о них умудрился забыть – это не значит, что забыли они обо мне.
– Проблемы дома? – догадался Дэвид.
– Ага, проблемы… Сегодня утром я обнаружил, что все мои счета заблокированы.
Дэвид обернулся ошарашенно.
– Как, почему? Кто и зачем это сделал?
– Собственно, я знаю немногих, кто был способен это сделать… Да, кое в чём прав старик Арвини, длительное пребывание на Минбаре меняет характер центаврианина в сторону куда меньшей выживаемости. Легко забываешь, на какую подлость и дурость они способны… Если б я мог хотя бы предположить подобное – я б завёл отдельный счёт под свои гонорары за книги, это смешные суммы, конечно, зато честно заработанные, мои! Сейчас хотя бы не было такого ощущения внезапно нагрянувшей нищеты… - Винтари тяжело опустился на диван, закрыв лицо ладонями.
– Диус, ты знаешь, ни о какой нищете не может быть и речи, мы тебя не оставим… И ты ведь можешь подать протест императору?
– И подам! Но сдаётся мне, это не последние новости с милой родины.
Словно в ответ на его слова пискнул экран связи.
– Межпланетная? Ну вот…
– Я пойду…
– Нет, Дэвид, прошу, останься. Твоё присутствие придаст мне сил, а их потребуется очень много. Соединить…
На экране возникло надменное лицо нестарой знатной центаврианки. Дэвид отошёл из зоны обзора, но держался возле Диуса.
– Здравствуй, сын.
– Здравствуйте, матушка… - Винтари даже не пытался стереть с лица кислое выражение.
– Разве так приветствуют мать? Я уж не говорю о твоём внешнем виде. Я прекрасно знаю, что в Тузаноре сейчас не ранее утро…
– Матушка, давайте без долгих антимоний? Дел у меня ещё много, и я привык говорить коротко и по существу. Представьте, что все пустые словесные кружева уже сплетены.
Центаврианка хмыкнула, сложив губы в недовольную и презрительную гримасу.
– Что ж… Собственно, об этом я и хотела поговорить. О твоих делах. Как ты мог заметить, я заблокировала твои счета…
– Да, матушка, и я очень хотел поинтересоваться, какого чёрта.
– Меня необыкновенно расстроило видеть, как неразумно и преступно ты растрачиваешь средства семьи…
– Матушка, это мои собственные средства, к вам не имеющие отношения, у нас с вами всегда были раздельные счета, если уж вы свободно пользуетесь деньгами, унаследованными от… вашего покойного супруга, предоставьте мне спокойно делать то же самое!
– Я закрывала глаза на то, что ты так долго живёшь в чужом мире…
«Да, конечно, закрывала глаза. Просто там я тебе был нужен, как собаке пятая нога. Хоть бы я и вовсе отправился на Нарн и там сгинул. Интересно, что же изменилось теперь?».
– …Злоупотребляя гостеприимством чужой семьи. Я закрывала глаза на то, что ты пятнаешь своё имя недостойными царственного рода занятиями. Но теперь, когда ты принял гражданство чужого мира… Это позор, ты должен это понимать! Позор!
– Интересно как. Для всех, значит – честь, быть принятым в другом мире, как равный, а для меня позор? Это с каких-то пор противоречит интересам Республики? То есть, матушка, вас кто-то уполномочил решать о интересах Республики вместо императора? От императора возражений не было!
– Диус, я требую каплю почтения! Я твоя мать, я родила тебя в муках!
– Матушка, вам делали кесарево, - Винтари едва подавил зевок, прежде театральности и убедительности в выступлениях матушки было как-то побольше, - и, разумеется, под наркозом.
– Не смей мне перечить! Я всегда желала тебе только добра…
На это можно было вовсе не отвечать. Винтари встречал в своей жизни немало центавриан, которые, пожалуй, желали своим детям добра – в своём специфическом понимании, и леди Вакана к ним не относилась.
– Три дня назад скончался твой дедушка, Рудеус Винтари…
– Скорблю, насколько это возможно при том, что я его не видел никогда в жизни.
