- Как колдун уже сказал, - Мирия мотнула головой на псайкера, занятая своим оружием, - я выпала. Но, милостью Золотого Трона, осталась в живых.
Даже Вон на миг лишился дара речи, а затем Мирия щелкнула большим пальцем по активационному переключателю на своем плазменном пистолете, и псайкер понял, что должно последовать дальше.
- Нет, нет, - пробормотал он. – Ты не можешь убить меня тут. Там, на дирижабле, никто бы не знал, но здесь тебя видят они. Ты не можешь в их присутствии нарушить приказ лорда дьякона.
- Да будь проклят этот дьякон, - только за эти слова Мирию можно было удостоить тысячей ударов плетью. – Умри, колдун.
- Мирия… - предупредительным тоном заговорила Верити. – Наши приказы…
Похоже, что боевая сестра и не слышала ее. Ей казалось, что весь мир сосредоточен между дулом ее оружия и головой Вона.
- Ты пытаешься использовать свой колдовско огонь, но ты скован болью. Ты понимаешь, что твоя жизнь находится в моих руках. Каково это – чувствовать себя добычей? Каково это ощущение?
Взор псайкера медленно и решительно похолодел.
- Будь проклят этот дьякон, - повторил он. – У меня свои на то причины. Сказать тебе, сестра, какие? Прежде чем мое сердце остановится и я умру, позволь хоть поведать тебе кое о чем. Дай мне рассказать, почему Виктор ЛаХэйн заслуживает осуждения еще больше, чем я, больше чем любой грешник, которого ты отправляла на тот свет. Позволь мне оказать тебе столь скромную услугу.
Верити видела, лежащий на спусковом курке как палец Мирии напрягся – но не более. Затем, неожиданно для себя самой, госпитальер услышала свой собственный голос, нарушивший общее молчание:
- Пусть он расскажет.
Вон уже не улыбался.
- Твое любопытство – вот та причина, благодаря которой я все еще дышу, ведь так? – он медленно повернул голову в сторону сестры Верити. – Спасибо, что выпросила для меня еще несколько секунд.
- Ему нечего рассказать нам, - раздраженно проговорила Кассандра. – Старшая сестра, если вы хотите нарушить приказ лорда дьякона взять колдуна живьем, то делайте это сейчас, до того, как он заговорит нас до смерти.
Псайкер глянул на Мирию, которая, в свою очередь, смотрела на него и пыталась понять: лукавит он, или все же нет. Таким его лицо она прежде не видела – никаких масок притворства. Он был полностью открыт ей.
- Ты хочешь отпущения грехов? – спросила она его. – Ты желаешь исповедаться мне?
- О, верно, исповедаться, - кивнул он, - но не в своих грехах. Я тебе исповедаюсь от лица ЛаХэйна. Поделюсь с вами секретами, - вон согнул окровавленную руку и постучал пальцем по основанию черепа. – Расскажу кое о чем.
Мирия сузила глаза, когда вспомнила странное устройство, что нашла Верити, вживленное в голову помощника Вона - Игниса. Отточенным движением она убрала плазменный пистолет в кобуру.
В какой-то момент Вон почувствовал облегчение.
- Ты узнаешь много интересного из моих слов.
В ответ Сороритас покачала головой.
- Я уже усвоила для себя, что каждое такое твое слово – всего лишь очередная уловка в продуманной тобой стратегии, - она глянула на женщин. – Держите его.
Прежде чем Вон смог хоть что-то предпринять, Кассандра и Изабелла схватили его за запястья и прижали к выбитой пластине металлического корпуса. Порция в это время держала его на мушке. Псайкер щурился, пытаясь сконцентрировать свои силы, но раны сильно ослабили и истощили его.
Мирия выдрала откуда-то из обломков пучок проводов и, за неимением чего-либо другого, воспользовалась им, чтобы связать вместе запястья преступника. После посмотрела на Верити.
- В твоем мед комплекте есть сангвинатор и невропатические транквилизаторы. Доставай.
Госпитальер исполнила, что ей сказали.
- И что я дальше должна сделать?
- Утихомирить его, - Верити не сразу поняла, что Мирия обращается к ней не с просьбой, а с приказом.
Вон дернулся.
- Говорю же – я сам все расскажу!
Старшая сестра смерила его пристальным взглядом.
- Я должна быть уверена, - затем молча указала не него рукой, и Верити с неохотой ввела ему под потную кожу содержимое стеклянного шприца.
Поток химикалий поступил в его кровоток. Вон застонал и зашелся кашлем, который эхом разнесся по выжженной местности. Несколько раз на земле возле него вспыхнули крохотные огоньки, когда боль провоцировала применение его колдовских сил. Белки его глаз переливались разными цветами. Подобно той жидкости, которой была наполнена его стеклянная клетка на Черном Корабле, мощный медикамент подавлял в нем его способность применять ментальное пламя. Препарат сделал псайкера вялым и слабым.
Только после того как Мирия удостоверилась в том, что он усмирен и уже не нападет на них, она позволила ему отвечать на вопросы.
- Итак, мы тебя внимательно слушаем, - сказала она, – просвещай.
Верити аккуратно вытирала использованный сангвинатор.
- Как ты сбежал из-под стражи?
Вон вяло фыркнул.
- Неважно. Ответ на это тебе известен.
- Ты заключил договор с Шеррингом. Он собрал людей из экипажа «Меркуцио» в Метисе и там приручил их.
