По взгляду Давыдова понятно, что он всё расслышал и понял меня и мою боль. Я с облегчением выдыхаю.
Остаток пути мы едем молча, каждый погруженный в свои невесёлые думы.
14.
В офисе я никак не могла сосредоточиться на работе. Оттягивала свои ежедневные дела как могла. Потрещала с Инкой. Рассказала какой начальник у меня герой. Подруга воодушевилась, начала наговаривать, что это всё неспроста и принялась сватать меня холостому Давыдову. За что я поругала подругу. Михаил просто хороший человек, вот и не оставил свою подчинённую в беде. Но червячок сомнения всё же закрался. После насладилась вкусным зеленым чаем, привезенным из самого Китая. Его мне начальник отдал по причине того, что он пьет либо черный, либо травяной. Он вообще частенько даренные вкусняшки передает мне.
Под конец дня все-таки решила поработать. Но даже с таким простым заданием, как разложить в определённом порядке почту, никак не могу справиться уже битый час. Перекладываю пятый! раз. Мысли как бумеранг возвращаются к Михаилу.
А вдруг Инка права? Почему он мне помог? Просто человеческое сострадание к моей ситуации или что-то большее? А что бы меня устроило?
С лица не сходит счастливая улыбка. Какой бы мотив начальником не руководил все-равно приятно чувствовать мужскую заботу, поддержку, а главное защиту. Михаил мне всё это дал за сегодняшний день. И делать вид, что меня это ни капли не волнует, не могу. Волнует, ещё как волнует. Даже больше, чем положено.
— Вер, вы уже вернулись, — заходит в приемную Василий. — Ты прямо вся светишься, — приглядывается ко мне мужчина, отчего начинаю хихикать. — Это ты меня так рада видеть или Михаил всё так удачно разрулил?
— Да, Михаил Михайлович просто талант! В считанные минуты разрешил казалось безнадежную ситуацию. Я готовилась к самому худшему, даже к отчислению из школы. Но как выяснилось Давыдов знаком с папой одноклассника Павлика. И так морально задавил беднягу, что того и ветром сдуло вместе с женой. Представляешь?! — взахлеб рассказываю сегодняшние приключения.
— Представляю! Михаил и не на такое способен. Рад за тебя Вер. Правда я надеялся, что меня ты тоже рада видеть.
— Вась, что ты такое говоришь! Конечно рада!
— Правда? Может тогда согласишься наконец сходить со мной в кино?
— Ээээ, — застываю я. — Это ты меня сейчас так на свидание что ли зовешь?
— Да. Ты против?
Я в шоке! Я думала, что симпатия Василия ко мне давно закончилась. Ведь столько лет прошло, столько воды утекло.
— Вась, я же замужем.
— Ты все-равно собралась на развод подавать. Разве нет?
— Да, ты прав.
— Ну вот. Дай мне шанс, Вер. Тем более, что мальчишкам нужен отец. А судя, по твоим словам, Игорю они не нужны, и он сейчас занимается воспитанием третьего сына.
Слова меня больно колят. Да, Василий кругом прав. Пашке с Сашкой нужен мужчина рядом, чтобы наставлял, подавал хороший пример, воспитывал. Мой отец уже староват для этого, здоровье барахлит, да и поколение совсем другое. Из-за этого будут возникать недопонимания. Мне конечно Василий глубоко симпатичен, но как друг. Не более. А строить отношения с мужчиной из-за того, что он стал бы хорошим отцом моим мальчикам, по-моему глупо и некрасиво. Василий достоин настоящих чувств и честного отношения к себе.
— Вась, — пытаюсь подобрать нужные слова.
— Вера! — выходит из кабинета мой начальник, — ко мне в кабинет. Василий, а ты зайди в приемную к Главе и передай эту бумагу.
Я вскакиваю со своего рабочего места, не глядя на коллегу, и несусь на всех порах в логово начальника. Кажется, он меня снова спас от сложного разговора, который неизвестно во что бы вылился. Я ведь сострадательная. Вася бы надавил, а я из жалости согласилась. Ещё одна ошибка мне точно ни к чему.
Встаю рядом со столом Давыдова и жду. Сзади слышу громкий хлопок тяжелой двери. Мужчина уверенной походкой проходит к рабочему месту, достает документ и кладет напротив меня.
— Садись и заполняй.
— Что это? — с любопытством смотрю на бумагу.
— Это то, о чем мы с тобой договаривались в машине.
— Так быстро?
— Да, а теперь прикрой свой удивленный рот и заполняй заявление. Хочу сегодня же дать ему ход.
Пулей сажусь напротив начальника и начинаю строчить. Пытаюсь выводить аккуратные буквы, но от нервного возбуждения они у меня получаются размашистыми и немного корявыми. К концу заявления почерк принимает свой первозданный вид. Ставлю роспись и возвращаю бумагу Давыдову.
— Я всё!
Мужчина отрывается от своих бумаг, берет из рук моё заявление и бегло проходит по нему глазами.
— Да, всё верно заполнила.
— И когда нас разведут? Через месяц?
— Если следовать букве закона, то первое заседание действительно через месяц. Но я постараюсь пойти обходными путями. Уладим всё за пару недель.
— Правда? И такое реально?
— Вер, были бы связи, реально всё. А они у меня есть.
— А как же дети? Это разве не может стать помехой быстрому разводу? — до конца не верю в быстрое решение проблемы.
