Бабушки встрепенулись, поделились друг с другом впечатлениями от пережитого, навострили свои финские палочки и резво защелкали ими о тротуар. Путь их лежал в ближайший парк, где они сполна сумеют насладиться своей спортивной прогулкой. Может, и я когда-то буду в платочке вот так щелкать в лесопарковую зону, а Каринка рядом светить своей татуировкой на морщинистой шее. Всех белок и детей разом распугаем. Хотя, нет. Я проводила взглядом барышню своего возраста с синими волосами. Белки и дети привыкнут. У них элементарно выбора не будет.
Пока в метро селедку в банке изображала, все пыталась придумать, что бы такое полезное парням сделать. Только не слишком очевидное, а то Свет меня съест. Поначалу взяла неоригинальное: подарок Тёмке, торт, вино. Потом вино сменилось на текилу. Из моего опыта вино красное у Света и без того имеется в наличии постоянно, к тому же я в нем не слишком разбираюсь. Вслед за текилой пришло мясное ассорти с острым перцем и лепешками. Дорого, быстро, по-мужски, до девяти сварганить успею точно. И к черту торт. А чтоб хозяин-барин на меня не сердился, подарком Пофига заделаю. Не покупной, не в постоянное владение, но конкретно Тёмычу пользы больше, чем от любой игрушки.
И четверку неострых кусочков для детского потребления не забыть.
Решила — сделала.
В девять с копейками я вышла из лифта с ляганом укрытого под фольгу горячего мяса, домашними лепешками и бутылкой текилы под мышкой. Феофан в знак протеста против шлейки и принудительного выгула ехал боком по полу.
Свет ждал у открытой двери, а когда дождался, нахмурился так, что я аж стушевалась. Потом одернула себя, расхрабрилась да как заявила:
— Я текилу люблю, к ней мясо подходит, а товарищ на поводке — это Тёму.
«Да что тут долго говорить! — кричал расхрабрившийся окончательно Заяц. — Ежели мне попадётся волк, так я его сам съем…»
Волк внимательно изучил мое лицо, затем ляган, выглянул на бастующего кота и сурово отчеканил:
— Проходите.
Заяц прошел без происшествий, мясо с алкоголем тоже. Коту повезло меньше. Он балдой в порог врезался. А поскольку хозяйка не оглядывалась, просто тянула его на поводке за собой и все, то совершил он еще и кувырок через голову. Свет тихо посмеялся и закрыл за нами дверь. Много позже он в красках опишет мне ту судьбоносную на его взгляд картину, а пока только наблюдал и веселился.
— Держи, — решила я продолжать быть смелой и протянула хозяину гостинцы. — А где Тём? За квартиру не переживай, потискают, и я его домой закину, чтоб не натворил ничего.
— Хорошо, — улыбнулся как-то непонятно Пересвет и понес на кухню все, что я ему сдала.
— Киса!
А вот и Тём.
Киса резко прекратила нервно вылизывать зад, выпучила глаза и попыталась дать деру. Но не тут-то было. Скорость у Тёма оказалась недетская.
— Киса, — прощебетал парень еще раз и попер явно тяжелую для него зверюгу к отцу.
На кухне меня ждал сюрприз в виде роллов.
— Ого! — восхитилась я.
Логично. Каждая третья женщина любит эту разноцветную, странную на вкус фигню. Свет оторвался от созерцания горки дымящегося мяса, которое успел развернуть, и взглянул на меня с надеждой.
— Значит, угадал?
А ты стремился угадать? С ума сойти… Конечно, угадал, да еще как! И я, похоже, угадала.
— Очень! Там сбоку отдельно завернуто — это Тёму.
По-моему, мне только что удалось смутить несгибаемого и непобедимого.
Пофиг издал нервное рычание, отвлекая нас обоих от игры в переглядки. Ничего криминального со зверем не делали, Тёмыч об него всего лишь щеку тер, но домашней избалованной кисе сложно понять такое непочтительное отношение. И если в первый раз он испугался, то во второй решил отстаивать свое право на свободу личности.
— Пофиг, терпи! — шикнула я на питомца.
От моего сурового замечания хвост по полу застучал с удвоенной силой. Звук привлек Тёма. Вместо объятий малой начал ловить подвижную часть тела Феофана, словно котенок бантик. Его и на хихиканье пробирало от такой незатейливой забавы. Кот снова выпучил глаза и забил хвостом сильнее, чем спровоцировал громкий детский смех.
Короче, в кису играли минут пятнадцать. Как по мне, так такого адреналина Феофан не находил ни в одной уличной битве. Он прижимал уши, впивал когти в кафель, пару раз клыки показал, с тройку — зашипел. Последняя кошачья суперспособность особенно восхищала юного исследователя, он даже спровоцировать шипение пытался искусственно. И все это под моим чутким наблюдением и на фоне накрывающего на стол Пересвета.
— Все. Закругляйтесь, вивисекторы. Люди за стол, кота мне. Ключи тоже. — Последняя фраза ко мне относилась.
Я это поняла по вопросительному взгляду и протянутой открытой ладони.
— Ну, — поторопил меня Свет. А я как, сидя на полу, смотрела на него снизу-вверх, так и не пошевелилась. — От квартиры твоей, — уточнил он.
— Я сама!
Очнулась — уже хорошо. Раз не могу в его компании быть умной, соблазнительной и обворожительной, так хоть мелким достижениям радоваться надо.
Свет такое лицо сделал уныло-усталое. Весь его вид сейчас выражал недовольство.
— Дай ключи.
