Веранда в лесу полностью

Ч е п р а к о в. Я пришел, Елена Николаевна.

Л е н а. Вы не должны были приходить.

Ч е п р а к о в. Я не могу больше сидеть в кабинете, меня люди на трассе ждут. Я не могу их обманывать. Оборвали все телефоны, сейчас начнут трезвонить сюда.

Л е н а. Что случилось?

Ч е п р а к о в. Час назад колонна начала разгружаться на Бабановских пикетах. Открыта дорога на Улус!

Резкие телефонные звонки.

Л е н а. Это вас…

Повторяются резкие звонки.

Ч е п р а к о в. Я иду. Меня ждут. Прощайте. (Не двигается.)

Л е н а. Вы мне нужны, Чепраков. Я приеду.

Звонки повторяются настойчивей.

Уходите. Пожалуйста. До свиданья. Мне предстоит трудная ночь.

З а н а в е с.

1959

К а т я.

В е р а.

И в а н  С у х о д о е в.

В а с и л и й  Ш в е ц.

В а л е р к а.

Т е р е н т и й  Н е л ю б и н.

Б о р и с  Л а с т о ч к и н.

Н и к о л а й  П е ч к и н.

Северный Байкал. Осень. Луч света высвечивает лодку. Это хорошая, широкая, отлично оснащенная лодка с палубой. Лодка-дом. Есть даже таганок на железном листе. Догорающие угли под таганком.

На носу сидит  В е р а. Негромко и безмятежно поет:

Чем ближе подходит эта уютная лодка, тем больше света вокруг. Уже видны  Т е р е н т и й  Н е л ю б и н  и  Б о р и с  Л а с т о ч к и н, а затем сидящий на корме  Н и к о л а й  П е ч к и н. Борис и старик Терентий говорят не спеша, с паузами — так, от безделья.

Н е л ю б и н. Странно мне, Борька. Никогда об нашем районе в газетах не пишут. Об Англии пишут! Об Америке пишут! Об нашем районе никогда не пишут.

Л а с т о ч к и н (что-то жует). Эх, дядя Терентий! Еще как напишут… Ты погоди. О нас еще такое напишут!

В е р а. Сейчас придем, отдохнем и опять поплывем, поплывем… (Поет.)

А все-таки скучно без Ванечки!

П е ч к и н (внезапно, из темноты). Все поешь, а ничего не помнишь!

В е р а (лениво). Не болтал бы, Коля, тебе это не к лицу.

Луч захватил Печкина, он возится с рацией.

А куда, миленькие товарищи, наш Иван подевался? Кто это может сообразить?

Г о л о с  п о  р а ц и и. Нерпа! Нерпа! Я — Курлык! Прием!

В е р а. Ой, Коля, спроси у этой машины, где наш Ваня?

П е ч к и н. Я — Нерпа! Я — Нерпа! Прием!

Г о л о с  п о  р а ц и и. Нерпа! Сведения давай! Прием!

П е ч к и н. Я — Нерпа! Даю сведения. Одиннадцать центнеров. Где там наш бригадир пропал? Прием!

Г о л о с  п о  р а ц и и. Я — Курлык! Поняла. Одиннадцать центнеров. Насчет бригадира обратитесь в справочное бюро. Разговор заканчиваю. Вызываю Красную зарю. Красная заря! Красная!

Печкин выключает рацию.

В е р а. Нету Вани, и точка. Сыграй, Коля.

Луч света все шире и шире, он освещает море. А на море, за кормой лодки, — белый день.

Н е л ю б и н. Домой бы я съездил, ребяты. Плохой мне сон снился.

В е р а (Печкину). Тебе трудно сыграть?

П е ч к и н. Мне не трудно.

Н е л ю б и н. Катю я, ребяты, во сне видал. Надевала Катя новое платье.

Л а с т о ч к и н. Иван вернется — съездишь домой.

В е р а. Обещался вчера на рассвете — и нету. Где мог задержаться, как думаешь, Боря?

Н е л ю б и н. Мне он, этот выродок, не нужон. (Задумался.) Была у нас дружба… Нету ничего!

В е р а. Любите вы прошлое вспоминать.

Н е л ю б и н. Ты даже понять не можешь, какая у нас жизнь была при Катерине.

Л а с т о ч к и н. Пьянка была. Причем каждый день. Прошлое всегда лучше кажется.

Н е л ю б и н (резко). Помолчи!