Когда стих шум удаляющихся шагов, Джамиля вынула из кармана небольшой флакон, вылила часть содержимого на угол полотенца и прижала пропитанную жидкостью ткань к носу и рту Лори. Американка судорожно вздохнула, дернулась всем телом и впала в беспамятство.
Джамиля с трудом затолкала неподвижное тело в стенной шкаф и закрыла дверцу.
Затем спустилась вниз, одела мальчиков и посадила в автомобиль. Теперь, когда началась операция, Джамиля о ней не думала. Она просто делала то, к чему так долго готовилась.
Через минуту после того, как микроавтобус отъехал от дома, на первом этаже жилища Франклинов зазвонил телефон. Звонил он долго и настойчиво.
Сидевший в своем кабинете Джордж Франклин бросил трубку и попытался связаться с супругой по мобильнику. Не получив ответа, Джордж набрал номер Джамили. Лежавший в одном из кухонных ящиков аппарат отчаянно замигал, но не издал ни звука. Тимми действительно нечаянно нажал на кнопку, когда прятал телефон в ящик.
Джордж Франклин убрал свой сотовый телефон. Он не волновался. Он был всего лишь немного раздосадован. Вот уже в который раз он не мог установить связь с супругой. Хотя телефон Джамили, как правило, отвечал. Он хотел, чтобы жена привезла ему одну вещь, которую он оставил дома и которая ему вдруг понадобилась. Если никто не сможет ее привезти, ему придется ехать домой. Печально вздохнув, Джордж переключил внимание на лежащие перед ним документы.
Бреннан закончил свою речь и под восторженный рев толпы принял из рук мэра символический ключ от города. Пару минут спустя президент, приветственно помахивая рукой, спустился по ступеням, и его тут же стеной обступили агенты секретной службы.
Алекс стоял рядом со «Зверем» – приблизительно в двадцати ярдах от шефа – и цепко вглядывался в толпу. Такого скопления людей эти края явно не знали.
Прежде чем президент подошел к первому ряду зрителей, старший из агентов, поставленных в этом месте у каната, предупредил:
– О'кей, ребята, не забудьте об уговоре. Я все время должен видеть ваши руки!
Первым делом Бреннан направился к бывшим солдатам. Двое из них, судя по мундирам, когда-то служили в морской пехоте. Единственная здесь женщина была в голубой униформе. Нескольких национальных гвардейцев притерли к самому канату. Президент тряс всем руки, произносил слова благодарности и улыбался, на ходу позируя фотографам. Он склонился, чтобы пожать руку инвалиду в кресле-каталке, и охранники, чуть ли не вцепившись в фалды его пиджака, обшаривали глазами людское море на расстоянии выстрела. И вот президент оказался перед национальным гвардейцем.
Он радушно протянул руку, и инвалид крепко сжал ее своим протезом. Бреннан, не заметивший искусственной руки, тем не менее испытал мимолетное удивление. Ладонь его почему-то стала влажной, и он незаметно для окружающих потер руку об руку. Затем он поблагодарил инвалида за службу стране, и гвардеец с готовностью откозырял главнокомандующему левой рукой – точнее, заменяющим ее металлическим крюком. Президент вновь испытал легкое удивление, но как ни в чем не бывало двинулся дальше, чтобы сказать приятные слова и пожать руку второму национальному гвардейцу, за ним – двум старцам, молодой женщине и пожилой даме – эта даже клюнула его в щеку.
Первая леди, пока ее супруг трудился, в прямом смысле не покладая рук, в сопровождении губернатора и шефа кабинета спускалась по деревянным ступеням, чуть ли не на каждом шагу останавливаясь, чтобы послать приветствие или перекинуться с кем-нибудь парой слов.
Картер Грей, поднявшись со стула, рассеянно оглядывал толпу, и весь его вид словно говорил: он предпочел бы сейчас быть где угодно, но только не в городе Бреннане, штат Пенсильвания… Когда его рассеянный взгляд выхватил из толпы Оливера Стоуна, он замер. Впрочем, Стоун не мог этого заметить.
Грей начал что-то говорить, но фраза так и осталась незаконченной.
Первым заметил неладное агент, шагавший слева от президента. С лидером нации явно что-то случилось! Кажется, ему стало плохо. На лбу Бреннана выступили крупные капли пота. Он сжал руками виски, потом схватился за сердце.
– Сэр? – озабоченно воскликнул агент.
– Мне… – начал было Бреннан, но потом речь его оборвалась.
Дыхание президента резко участилось. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.
Агент мгновенно поднес к губам закрепленный на запястье микрофон и произнес:
– Коготь Ворона болен! Повторяю, Коготь…
Фразу он не закончил – оказавшись распростертым на земле. Шесть других агентов и пять полисменов, окружавших президента, рухнули на землю рядом с ним после первой серии выстрелов.
– Оружие! – вскрикнули одновременно несколько десятков рассредоточенных по территории агентов, и вся секретная служба тут же переключилась на режим работы в чрезвычайной ситуации!
В толпе возникла паника. Люди бросились прочь от того места, где началась пальба.
Четыре арабских стрелка тут же пали под пулями скрывавшихся у линии деревьев снайперов. Это были великолепные выстрелы, учитывая тот хаос, который творился в визирах телескопических прицелов.
