– Так ты, девочка моя, утверждаешь, что этот боров и есть тот человек, который руководил поджогом нашего дома? – спросила бабушка Вера Дашутку.
– Я видела на нём энергетический след, ошибки быть не может…
– А эта девица?– продолжала расспрос бабушка.
– Она- кармическое воплощение соперницы Агаты, вашей дочери и прислана пакостить вашей внучке и тем, кто её любит…
Дашутка смотрела в пол, как провинившаяся.
Бабушка вздохнула с каким-то даже облегчением.
– Ну вот и пришёл срок вернуть всё на свои места....
Бабушка встала и поклонившись, обратилась к домовому: – Не откажи, любезный друг, пусти меня с внучкой к себе на побывку. Окажи мне услугу, собери всех. Мне и внучке помощь ваша нужна. – Бабушка вновь отвесила поклон.
Теперь Тимофей Савич вскочил на табуретке и поклонился бабушке: – Что ты, матушка, что ты?!– горячо затараторил он. – Да разве-ж я тебе откажу, когда? За честь почту, коль всё исправить можно.
– Ну, коли так, нечего рассиживаться! – старушка стукнула посохом и сей-же миг очутились они в изумрудной тени лесной чащи. Всю дорогу до домика домовых бабушка, как маленькую, держала Веренею за руку. Дорога была не из лёгких. Сразу видно – заповедный лес. Веренея не переставала удивляться тому, что бабушка со всеми раскланивается. Вот и теперь, едва они оказались в дремучем лесу, старушка отвесила очередной поклон.
– Бабушка, ну ладно ты с дедом Тимошей поклонами обмениваешься, а сейчас-то кому?
– По глупости своей, или от науки злой, но привык человек мнить себя Венцом Природы. А с Природой на "ТЫ" – нельзя! Человек с таким отношением к Земле уподобляется блохе на собаке. И тот, и другой мнят себя хозяевами. И те, и другие по носу получают за дерзость такую.
А ты не будь глупой, спина не переломится, а пользы с этого поимеешь немерено. Тебя и согреют, и укроют, и накормят, и исцелят. Вот так-то!
За такими разговорами и подошли они к могучему дубу. И привиделось, а может и вправду, но он посмотрел в глубь сердца Веренеи. Девушка машинально поклонилась Дубу и оглянулась на остальных. А те одобрительно улыбались. Тимофей выпятил грудь и гордо заявил: – Ну, я-же говорил – толк будет! На его слова старушка лишь усмехнулась, но ничего не сказала. Теперь она выступила вперёд Веренеи и обратилась к дубу: – Дозволь нам, батюшка, не век вековать, а ночь ночевать!
Дуб заскрипел, распрямился, поднял и выпрямил свои ветки и приоткрылась взгляду дверь тесовая.
В избе собрались все, кого Вера звала. И Кикимора с ближней заводи. И Водяной из камышовой балки. И Леший из чащобы. И русалки, и наяды и много всякого народу, о которых Веренея лишь в сказках и читала.
– Вот, – повёл рукой, указывая Веренее на всех присутствующих, Тимофей Савич. – Это всё родичи мои.
Ворон, что сидел на спинке кресла, камнем рухнул на пол и обернулся мужчиной. Статная осанка и седина в чернеющей шевелюре. Всё, и голос, и движения, выдавали в нём благородную кровь. Он подошёл к бабушке Вере и обняв её зашептал:
– Вера моя, Вероокая!
– И ты здравствуй, Панкрат! Всё потом, всё потом… – ответила она и кивнула в сторону Веренеи, – Вот, внучку надо во все тонкости посвятить. Она моё продолжение! Она наше будущее… – И обернувшись к остальным, она обратилась:
– Знаю, что прошу о трудной задаче. Знаю. Но, знаю также, что каждый из вас способен на многое. Потому прошу вас о помощи передать знания внучке моей! Знаю, что вы мне можете сказать, что этому сызмальства учатся. Нету у нас с вами времени. К полной луне успеть нам надо. Так, что не откажите мне в любезности.
Собрание загомонило, но к удивлению, Веренеи, ни ругани, ни перепалки не последовало. Все по-чинно дали своё согласие.
– Ну на том и порешили!– выдохнула бабушка Вера. Жду вас на поляне у реки в полночь.
Все исчезли, словно их и не было. В избёнке остались Тимофей с семьёй, Панкрат и Веренея .
– Дядька Панкрат, – обратилась Дашутка, – а чего это ты к бабке Вере так обратился – Вера Вероокая?
– А ты глаза её видела?
– Глаза, как глаза… Что в них такого?
– Не глаза – очи. И в очах её столько веры, что на всех хватает. Видела, как все сразу согласились ей помочь. А почему? Потому, что сама верит и всех этой верой заразила. Вот от того она и Вероокая.
Ночь была бриллиантовой – мириады звёзд окружали растущую Луну и лили таинственный свет над поляной. Да и сама поляна выглядела сказочно красиво.
В центре неё было приготовлено кострище для высокого костра. Шагов пяти от него, была проложена канавка, заполненная сухой травой. Шага два от неё – круг из белого, поблёскивающего в свете Звёзд, камня. Следующий круг заполнен травой.
В отдалении, шагов в десять, по кругу стояли все званные: Русалки и Наяды, Полёвки и Майки, Зазовки, Полуверицы, Лесавки, Леший и Банник, Водяной и Кикимора, Дворовой и Полевой и прочие . Промеж ними чередовались волки и медведи, хорьки и куницы, лисы и камышовые коты. У каждого был свой представитель фауны, или птица.
