Она помедлила лишь мгновение.
— Что мне нужно сделать?
Джейми уселся на ковре, скрестив ноги.
— Я хочу, чтобы ты очень внимательно послушала. Первое, что ты должна сделать, — это научиться драться, применяя недозволенные приемы. Себастьян не понимает по-другому.
Джейми говорил, а его ловкие пальцы уже расплетали ей волосы.
Внизу, в бальном зале, трое мужчин подняли свои трубы, громом фанфар приветствуя гостей.
Старик Фиш появился на площадке мраморной четырехступенчатой лестницы, ведущей в бальный зал. Он сделал глубокий вдох и торжественно произнес:
— Полубог Пан и его спутница — богиня Диана.
— Боже, пожалей козлов, — пробормотал Себастьян, когда сияющий сквайр Блейк и жеманно улыбающаяся Девони материализовались на ступенях.
По бальному залу с подносами, уставленными бокалами с шампанским, сновали слуги, наряженные в живописные костюмы герольдов. Датский дог метался по залу, путаясь под ногами гостей. Старик Фиш величественно поднял на плечо свою косу и отправился на поиски новых жертв. Себастьян недоумевал, с чего это вздумалось Триции нарядить дворецкого мрачным духом, который переправляет мертвых по реке Стикс в царство теней? Но нельзя было не признать, что этот костюм был довольно уместным для старика Фиша.
Когда Триция взяла под руку Блейков и повела их сквозь ослепительную толпу гостей к Себастьяну, его подозрения, что он находится в аду, переросли в уверенность. Он осушил бокал шампанского одним глотком.
Триция нарушила свой собственный указ, предпочтя греческому костюму наряд средневековой девушки. Атлас ее юбки сиял рубиновым огнем среди бледно-кремовых и желтоватых тог и накидок. Конусообразный головной убор кокетливо устроился на вершине ее безупречно взбитого парика. Себастьян со смутной надеждой на освобождение из этого ада смотрел на пламя свечей, в опасной близости с которыми развевалась вуаль, прикрывающая лицо Триции и ниспадающая мягкими складками с ее высокого головного убора.
Сквайр Блейк неуклюже приближался к нему на гипсовых копытах.
— Себастьян! Как приятно снова видеть тебя, старина. — Рога, громоздившиеся на макушке его парика, затряслись.
— Рад приветствовать вас, — буркнул Себастьян, поднося руку Девони к своим губам.
Женщина внимательным взглядом окинула его стройную фигуру, отмечая элегантность покроя его бриджей до колен, кружевные оборки на запястьях и шее и скандальное отсутствие маски.
— Но, лорд Керр, в качестве кого вы присутствуете на маскараде?
Себастьян улыбнулся.
— В качестве англичанина.
Девони всплеснула руками.
— Как умно!
Триция бросила на своего жениха недовольный взгляд. Их первая ссора произошла из-за его костюма, вернее, из-за отсутствия такового.
— Чертовски умно, — отозвался сквайр Блейк. — Англичанин, говоришь? Ни за что бы не догадался.
Сквайр завладел рукой Триции, когда оркестр заиграл новую мелодию.
— Разрешите пригласить вас на танец, миледи. Вашей свободе скоро придет конец. — Он подмигнул Себастьяну. — После вашей свадьбы мне придется соперничать с ревнивым мужем.
Щека Себастьяна нервно задергалась, но он мило улыбнулся своей невесте и ее кавалеру. Сквайр Блейк закружил Трицию в веселой карусели менуэта, оставляя за собой след из лавровых листьев. Складки его тоги с каждым шагом соскальзывали все ниже, открывая волосатое брюхо. Девони выжидающе посмотрела на Себастьяна. Он мягко взял ее за плечи и развернул лицом в зал. — Взгляните-ка, Девони. Это не сэр Арло в зеленом парике и с трезубцем? Будьте любезны, сыграйте роль хозяйки в отсутствие Триции и потанцуйте с ним. Хорошо? Он выглядит скучающим.
Себастьян подтолкнул женщину к шерифу, не обращая внимания на ее протесты.
Снова оставшись в одиночестве, он нырнул за мраморную колонну, облегченно вздохнув. Себастьян сунул в карманы сжатые в кулаки руки, умоляя Всевышнего дать ему силы удержаться от соблазна и не ударить того, кто поздравит его с приближающейся свадьбой. Он ясно видел горькую иронию этого вечера, сулящего скорое осуществление всех его желаний. Всю свою жизнь он мечтал находиться в таком зале, освещенном сотнями зажженных свечей, в окружении сиятельных гостей. Его слух всегда напрягался при звуках такой великолепной музыки с тех пор, как он впервые услышал пение своей матери. Но сейчас чарующие звуки скрипок раздражали его. Слишком поздно он понял: не все золото, что блестит, а в масках заключается больше сущности, чем в душах, которые они скрывают.
«Где же Пруденс?» — недоумевал Себастьян.
Скорее всего, сидит в своей комнате, уткнувшись носом в какую-нибудь дурацкую книгу. Он несколько раз пытался выйти из зала на ее поиски, но Триция неизменно оказывалась рядом и тащила его танцевать. Она утроила свои ухаживания с тех пор, как он вежливо, но настойчиво выставил ее из своей спальни. Но после свадьбы между ними уже не будет закрытых дверей.
