Кира не помнила, что случилось потом, но родители смотрели на нее, как на прокаженную, а отец вообще отказывался заходить в ее комнату.
Кофе и душ немного привели ее в чувство. Кира даже позволила себе побаловаться с Мерлином. Бедное животное так редко удостаивалось ее ласки. Времени не было ни на себя, ни на него. Зато девушка не чувствовала себя одинокой, когда возвращалась в свое жалкое жилище.
Она почесывала кота за ушами, а в ответ он урчал, как огромный тигр. Ну или как ее старенький холодильник.
— Какой ты у меня ласковый, такой терпеливый, ждешь меня каждую ночь. Ну зачем мне парень? Он-то не проявил бы столько выдержки, правда? А ты и на других кошечек не смотришь, только на меня одну. Вот поэтому я тебя и люблю.
Кот довольно прищурился. Кира всматривалась в его зеленые немигающие глаза, они завораживали ее. Коты вообще казались ей мистическими животными, будто жили не в одном измерении, а сразу в нескольких.
— Ну все, помиловались, и хватит. А то на работу опоздаю.
Кира одела платье, босоножки и решила, что сегодня может позволить себе оставить волосы распущенными.
Золотой водопад струился по ее спине. Она заплела несколько косичек от лица до макушки, закрепив их там и оставив локоны ниспадать как им вздумается. С такой прической она чем-то напоминала себе миленького дракончика, зато волосы не падали на лицо и не мешали работать.
Кстати, о работе. Захватив сумку, она выбежала из квартиры. Соседский парень присвистнул ей вслед, предлагая развлечься, на что она ответила очень емким жестом, советовавшим ему заняться «этим» самим с собой.
Кира сама не понимала, как она получилась такая симпатичная у своих ничем не примечательных родителей. Да даже тот факт, что ее мать забеременела спустя 5 лет неудачных попыток и диагноза бесплодие, был уже сам по себе удивительным.
Но она ценила свою жизнь и была благодарна провидению, что появилась на свет.
Теплый майский день встретил ее солнечными лучами и пением птиц. Настроение поднялось. Она зашагала по заплеванному тротуару, переступая кучи мусора и не обращая ни малейшего внимания на убожество и нищету района, в котором жила. Это все, что она могла себе позволить, поэтому причитать по этому поводу было бессмысленно.
Маленький книжный магазинчик с абсолютно дебильным названием «У Коти» принадлежал пожилой еврейке и достался ей в наследство от мужа. Она не сильно тратилась на такие мелочи, как новая вывеска, не говоря уже о ремонте. Да и за 37 лет жизни с Котей Бертенсоном у Риммы Мордехаевны (ну и имечко, врагу не пожелаешь) не осталось претензий к желанию Коти прославить себя в веках. Ну или в их небогатом райончике.
Эксцентричная Римма Мордехаевна узнала жизнь со всех сторон. Ее бабушка пропала в фашистских концлагерях, мать чудом вернулась оттуда живой. Котя был тем еще кабелем, но она знала, когда натянуть поводок потуже, чтобы одернуть его к ноге. Детей у них не было. Поэтому она не боялась воров и грабителей, плевала на новые указы президента, хотя по сути, к ней они не имели никакого отношения, и переживала лишь за одно — чтобы Мойша Беленсон не выполнил своих угроз. Первая заключалась в том, что он откроет свой магазин, а вторая — в том, что приударит за ней, как следует. Какое из двух зол было меньшим, Римма Мордехаевна не знала, да и не планировала узнавать. Пусть этот Мойша подавится своей вставной челюстью, если будет собираться переступить утром порог ее магазина.
Пожилая еврейка свято верила в то, что мужчина нужен женщине, как собаке пятая нога, но при непредвиденных обстоятельствах и она может сослужить службу.
— Милочка, когда ты уже найдешь себе нормального парня, чтобы не умирать на двух работах? — часто спрашивала она, ибо полагала, что поговорка «как от козла молока» не совсем отражает действительность. Если не молока, то хоть шерсти клок. Любой мужчина уж на что-нибудь, да пригодиться.
— Помилуйте, Римма Мордехаевна, зачем же мне тратить здоровье на ленивого забулдыгу, который продаст мой диван, телевизор и холодильник, как только я скажу ему, что неплохо бы еще и зарабатывать деньги?
— Да неужели не осталось хороший воспитанных мальчиков?
— Остались. Только они не живут в этом районе.
— Такой красавице и быть без мужчины просто грешно.
Кира так не считала. Все ее романтические мечты испарились, когда еще в 9 классе Шурик после целого месяца ухаживаний променял ее на Олю Залещанскую, которая охотно давала трогать свою грудь. С тех пор в мужчинах, которые попадались на ее пути, мало что изменилось. Хотя был один. Говорил красивые слова, читал ей Блока, дарил цветы. Но как только ей понадобилась помощь с одним из ее нанимателей, его как ветром сдуло.
Парни, которых она знала по своему бедному району, не имели никаких перспектив. Кира не видела свою жизнь рядом с наркодиллером, мелким воришкой или абсолютным лентяем, суть отношений с которым она поняла на примере своих родителей — мать зарабатывает, отец спускает все, практически не поднимаясь с дивана.
Кира вошла в магазин и поздоровалась с хозяйкой.
