Запах книг всегда нравился ей. Только в отличии от библиотеки, здесь не пахло пылью и старой бумагой. Только свежим запахом типографской краски на гладких нетронутых рукой листах.
Римма Мордехаевна была сегодня не в духе. Она ворчала, когда перекладывала журналы и газеты на стеллажах.
— Доброе утро, Римма Мордехаевна. Что случилось?
— Сегодня мне приснился Котя.
— И что?
— Этот кровопийца мне портит жизнь и после смерти. Шлялся за нашей общей знакомой, которая отошла уже года три как. И знает же ведь, пес блохастый, что я его там не достану! Зато он мне нервы потреплет.
— Ну так а вы ему в отместку, — посоветовала Кира. — Вон как раз ваш поклонник идет к нам в магазин.
Римма Мордехаевна резко повернула голову и заметила господина Беленсона, неторопливо шкрябавшего по асфальту своими видавшими виды туфлями, которые, наверное, пережили еще Вторую мировую. И только за это их можно было любить и носить дальше.
Старушка бессознательно поправила волосы, скорчив неудовлетворенную гримасу. А Кира улыбнулась — видно, от любви до ненависти один шаг, и его можно делать в обоих направлениях.
Не намереваясь становится свидетелем брачного периода двух столетних черепах, Кира ушла вглубь магазина. Ей нужно оставить сумочку. И приготовится к лекции для детей. Это было предложение их постоянной покупательницы, которой было абсолютно нечем заняться. И она пригласила одного из местных авторов, чьи книги начинали пылиться на полках среди прочих. Он расскажет детям о придуманных им героях, и возможно, его продажи здесь увеличатся.
Хотя Кира искренне недоумевала, как можно делать ставку на их небогатый район.
К двум часам, когда дети сидели, раскрыв рты, и их мамаши поглядывали на время, Кира почти уснула за кассой. Такого нудного рассказчика с такими невероятными драматическими паузами она еще никогда не встречала.
Отвернувшись к окну, она стала рассматривать улицу, прохожих, машины, стараясь не отдать должное писателю и не упасть лицом на кассовый аппарат, забывшись в сладкой дремоте.
Ее внимание привлек автомобиль, затормозивший у противоположной стороны, напротив магазина.
Кира лениво наблюдала за машиной. Необычная такая, американская. Что здесь забыл водитель? Он же на миг моргнет и останется сидеть на асфальте только с рулем в руках. Или собственным ботинком вместо руля. Вон уже мальчики подтянулись из подворотен и переулков. Кто просто поглазеть, а кто и не просто.
Из машины никто не выходил, однако стекло с водительской стороны было опущено и Кира невольно залюбовалась водителем. Темноволосый мужчина, глаз за солнцезащитными очками не разобрать, фигуру тоже не видно. Но то, до чего смогли дотянуться ее жадные глаза, было фантастическим. Попадись ей такой, она бы растерялась — то ли прыгнуть на него, обхватив всеми конечностями, то ли обойти и не рисковать здоровьем и нервами. Такие глотают женщин, не разжевывая.
Кира глазела на него, пока не сообразила, что его взгляд, похоже, направлен именно в ее сторону. Казалось бы, что тут такого, в гляделки она играла со школы и никогда не отводила взгляд. Но сейчас в глазах словно стало жечь. Она моргнула и покорилась судьбе — ее бы точно проглотили, не поперхнувшись.
Дремотный писатель наконец ушел, кое-кто из мамаш все же купили его книжку, магазин опустел.
Кира взглянула в окно — машины тоже не было.
Она вздохнула и в уме посчитала дни до своего выходного — еще три долгих, утомительных 17-часовых рабочих дня.
Она подумала, что такой нагрузки не выдерживают даже вьючные животные. А потом вспомнила календарь, висевший на стене у ее босса, и полностью согласилась с его слоганом: «От работы дохнут кони, ну а я бессмертный пони».
Пони Макклауд!
Музыка гремела, голые груди скакали на подиуме, со стороны столиков летели подбадривающие и непристойные комментарии.
Кира смотрела на все это и удивлялась — не надоедает? У всех же там все одинаковое, ну, у кого-то лучше, у кого-то хуже, но ведь им-то все-равно. Голая девка и есть голая девка. Странные инстинкты управляют этими самцами.
Этим вечером она чувствовала себя как-то напряженно. Что-то не так. Будто должно случится нечто ужасное, необыкновенное.
Она отстраненно обслуживала даже самых наглых клиентов. Взгляд ее скользил по толпе.
Подходя к Жене за очередной порцией заказанных напитков, она задержала взгляд на мужчине, сидевшем за стойкой.
Темно-пепельные волосы, очень высокий, пьет что-то вроде виски, но так отличается от всех остальных посетителей, что к гадалке не ходи — он чужой здесь.
Когда она озвучила заказ, мужчина поднял на нее глаза. Кира невольно отшатнулась. Мертвые, злые, черные глаза.
Тело словно окатило ледяной волной. Она поспешила отвезти взгляд. Нервы напряглись, но дожидаясь заказа, она не двинулась с места.
Мужчина потянул алкоголь и снова уставился в стакан. Но нутром девушка ощущала его присутствие, его интерес? Жуть какая. С такими мальчиками она водится никогда бы не стала. Себе дороже.
Голые прелести исчезли со сцены. Разгоряченные мужчины опять обратили свое внимание на официанток.
