Снег будто смешали с алмазной пылью. Деревья, покрытые воздушной периной, были сказочно красивыми. Сугробы скрывали очертания холмов и ухабов. Дважды девушка проваливалась почти по грудь. Выбираться приходилось долго, силы убывали.
Если раньше ей казалось, что она идет по дороге, то очень скоро колея пропала под толщей белого невесомого слоя.
Удивительно, но несмотря на зимнюю погоду, температура была вполне сносной. И Кира надеялась, что нескоро почувствует, как холод доберется до тела.
Она рассчитывала, что выбранный ею путь приведет к какому-то поселению. У нее не было запаса еды. А добыть ее в лесу девушка не умела.
Птицы звонко щебетали, когда солнце выходила из-за легкой дымки и начинало согревать их маленькие тела.
Иногда раздавался треск сухих веток, но это дикие животные пугливо бросались в сторону, завидев ее.
Через полдня пути просека между деревьями раздвоилась. Девушка решила, что здесь дорога поворачивала в разных направлениях. Она замерла в нерешительности.
Тело ломило от усталости и голод давал о себе знать. Хотелось отдохнуть и согреться. Кира втянула с себя воздух. Ни намека на запах дыма. Было абсолютно безветренно. Ни единой подсказки.
Интуитивно она повернула налево.
Солнце садилось и деревья бросали длинные тени на белое полотно. Веселый птичий перезвон умолкал. Приближался вечер. Кире становилось страшно. Ноги уже окоченели. Даже куски шкуры, отрезанные от ее накидки и обмотанные вокруг ступней, больше не удерживали тепло.
Она сильно сбавила темп ходьбы. Каждый метр давался с трудом. Когда она в изнеможении упала на четвереньки, яркий диск почти закатился за горизонт.
Кира подняла голову, всматриваясь между деревьями. Ей показалось, что она различила слабые отблески огней.
Преодолевая усталость, она побрела на этот призрачный свет. Небольшая деревушка из двадцати-тридцати невысоких домиков уютно расположилась в долине между невысоких холмов.
Крыши укрывал снег, из окон лился свет. Тонкие струи дыма поднимались вверх.
Провалившись в очередной раз в сугроб, девушка поняла, что не может выбраться. Она стала отчаянно махать руками и звать на помощь, хотя голос ее был слабым.
Домик на опушке манил теплым желтым светом, гипнотизировал Киру. Она сосредоточилась на нем, словно призывая осветить ее, указать к ней дорогу. Мысленно посылала мольбу, когда голос осип и она больше не могла кричать.
Сон начал окутывать ее. Глаза слипались. На смену отчаянию пришло отупение от холода и усталости.
Ей показалось, что темная фигура движется к ней. Она сделала слабое движение рукой. Неужели ее заметили?
Мужчина торопливо приближался, увязая в сугробах. Его ноги проваливались по бедра, но он с легкостью пробирался к ней.
— Вы там живы?
— Да еще, — слабо ответила Кира.
— Птичка, да как же ты здесь очутилась?
— Потеряла дорогу, чудом набрела на деревушку.
— Не двигайся, сейчас я тебя вытащу.
Мужчина поискал длинную ветку, попробовал подойти поближе и остановился, проваливаясь все глубже.
Он протянул ей конец палки. Кира вцепилась в нее онемевшими руками, изо всех сил барахтаясь в снегу. Он резко потянул на себя, но ветка выскользнула из непослушных пальцев.
Со второй попытки она все же сумела выбраться. Поддерживая ее за плечи, мужчина рассматривал незнакомку.
Ее светлые волосы источали лунное сияние, припорошенные инеем. Красивые губы посинели. Из-под век голубизной вспыхивали удивительные глаза. «Да она красавица», — подумал он, помогая пробираться сквозь заносы.
Они зашли в тот самый домик на краю опушки.
Тело окутало тепло. Он подвел ее к камину, в котором жарко полыхал огонь, и усадил в кресло.
Две молодые девушки тут же подбежали к ней.
— Вот теплый отвар целебных трав, чтобы ты не простудилась. Пей скорее.
— И отдай нам твою задубевшую шкуру. Набрось это, чтобы быстрее согреться.
Кира взяла накидку и, дрожа всем телом, закуталась по подбородок в мягкий мех.
Кружка с питьем обжигала пальцы. Но жидкость мгновенно согрела изнутри.
— Пей, пей. Ягодная настойка нашего отца, добавленная сюда, вернет тебя к жизни почти мгновенно, — засмеялась одна из девушек.
Кира рассматривала обитателей дома. Девушки определенно были сестрами. Сходство очевидно. У обеих каштановые волосы и зеленоватые глаза. Лица открытые и приветливые. Они улыбались, обнажая ровные белые зубы.
— Меня зовут Таи, это моя младшая сестра Леа. А наш брат Брен нашел тебя. Ему не сиделось, крутился, как волчок, и, в конце концов, выскочил на улицу. Будто чувствовал, что кому-то нужна помощь.
Таи была чуть выше сестры. Ответственность, которую возлагали на старших, наложила отпечаток на ее лицо — оно было спокойным, рассудительным, вдумчивым. Леа же походила на забавного зверька. Быстрая, подвижная, не могла усидеть на одном месте. Ее глаза задорно блестели, а от улыбки на щеках появлялись милые ямочки.
Брен снял накидку и тоже подошел к огню. Высокий и широкоплечий, с рыжими отблесками в каштановых волосах, он смотрел на нее удивленно и заинтересованно.
— Мое имя — Кира.
— Откуда ты?
