- Представь, что тебя лишили всего и сразу. Какая будет первая мысль после этого? Лишили тебя абсолютно всего, то есть и всех чувств, остались только мысли и память, а также знание, что нет уже этой планеты, ты сам уже как планета, ты в пустоте. Нет входа, и выходы - только промежуточные - внутренние. И какой возможен итог, если ты изберешь вариант не сдаваться?
- Я не страдаю недостатком воображения, но... Можно сказать только, что сразу - лучше, чем постепенно... И может тогда и начнется настоящая активность. В повседневности, имея весь мир перед собой, почти все живут во сне и хотят так жить. В каком-то трансе проходят дни. Доведенный до автоматизма цикл благополучно повторяется непрерывно изо дня в день. Иллюзия участия в объективной действительности. Погруженность во внутренний мир, который у многих во многом совпадает, что и дает какое-то ощущение реальности. Этот мир - взгляд на действительный, вернее - на его фрагмент. Как трудно что-то действительно сделать.
- Да, трудно добиться, чтобы реальность тебя полюбила. Мысль трудно родится. Ключом может явиться одно слово. Одно. Слово не новое, новой может быть связь. Как легко, когда слово встает на место.
- Какое слово?
- Несовместимость. Великое слово. Оно - основа причины зла.
- Недоумение - вот слово, которое встает на место.
- Иронизируешь. И правильно. Истина - скучна. Благоговение, священный трепет рождаются по недомыслию. И скорее - одновременно с ним. Подход к познанию определяет и знание. Красивое - таинственно, познанное - нежеланно.
- Да, но это все-таки кого-то интересует.
- Мечта человечества, ключи познания.
- Ну да-да, и будете как боги знать добро и зло.
- Известное начало не имеет к этому отношения. Тех двоих изгнали всего лишь за сладкое яблоко - нечего лазить по чужим садам.
- Только причина зла? Почему так мало внимания добру?
- В существовании добра нет проблемы. В нем интерес представляет только конкретизация цели и метода - частная идеология, практика. Но это - только после решения главной проблемы. Проблемой является зло. Объяснение его сущности и причин. Если бы не было зла, никому не была бы интересна этика. Да она и не возникла бы.
- Почему только сущность и причины? А искоренение?
- Да-да. Первоначально - и этот вопрос. Но проблема оформилась задним числом. Уже после ее решения. Это побудительный мотив поиска. Но этот вопрос исчезает в конце поиска. Этика родилась из проблемы существования зла, но, забыв об этом, заблудилась и пропала. Вся этика выражена в трех словах, а по сути - только в одном, самом ее предмете: зло - увеличение энергии.
- Но все-таки с добром-то как?
- Добро - уменьшение.
- Не об этом я. Почему не возникает такой фундаментальный вопрос? Или опять все задним числом?
- Задним. Правильный вопрос ставится после ответа. Неправильный должен исчезнуть. Нет плохого в том, чтобы неправильно спрашивать, при этом нужно только настроиться получить отрицательный ответ. После ответа на вопрос, что есть добро, этот вопрос исчезает. В нем нет проблемы.
- Значит зло выше добра?
- В том то и дело, что наоборот - и не только в субъективном предпочтении, но и объективно статистически. Злу больше внимания только потому, что зло считается недопустимым исключением в идеальном правиле.
- Поэтому главной проблемой и должно быть именно построение этого идеального правила, то есть добра.
- Это пример неправильного вопроса. Нет на него ответа. Вернее, на него есть отрицательный ответ, выведенный из положительного - на правильный вопрос.
- Путаница какая-то, причем неинтересная.
- Интересно сразу ответить на еще не существующий правильный вопрос, который и возникнет только после ответа.
- Короче, ответ у тебя есть.
- И нет смысла спорить по поводу вопроса, постановку которого поймешь только в конце.
- В конце чего?... И с чего ты взял, что этот твой ответ из трех слов - не только твой и при этом не пошлый - и всем понравится. Добро и зло не интересны, это всего лишь слова, ничто за ними не стоит, и не потому, что никто ясно себе не представляет добро и зло, а именно потому, что это не интересно. И твои три слова и даже, может быть, их сочетание тоже всем знакомы. Но не интересны.
- Многим не интересно и звездное небо.
- Да нет. Не об этом я. Все это не интересно, потому что банально и, в общем-то, решено. Потому что здесь не может быть ясности. Добро и зло относительны. Не может быть абсолютного добра и даже абсолютного зла. Если конечно не давать им имен, места жительства и кадры. На уровне обычной жизни людей, в обычном обществе никто даже и не пытается определить общее, абсолютное добро и зло. На таком уровне обобщения границы между добром и злом стираются. И разговор об этой границе скучен, как спор о границе между лысиной и шевелюрой.
- Даже если я эту границу определю?
- Ты всего лишь обозначишь свои понятия. Твое зло может быть добром для другого.
- В этих трех словах абсолютная граница, и не только для человека. И ты прав, мое зло может быть добром для другого.
- Ну так о чем же...?
