Тем не менее что-то помешало поэту отправиться в дорогу, и своё путешествие он предпринял только в 19 году.
К сожалению, планам Вергилия не суждено было осуществиться, и он так и не увидел берега Малой Азии и Трою. Как пишет Светоний, «встретив по дороге в Афинах Августа, возвращавшегося с Востока в Рим, он решил не покидать его и даже воротиться вместе с ним»[936]. Почему Вергилий принял такое решение? Поддался ли на уговоры Августа или почувствовал, что длительное путешествие ему не под силу?
Дальнейшие события разворачивались стремительно. При осмотре в сильную жару развалин древнего города Мегары Вергилий почувствовал слабость, скорее всего, вследствие полученного солнечного удара. Заметив, что здоровье поэта, и без того некрепкое, стало быстро ухудшаться, Август настоял на немедленном возвращении Вергилия в Италию. На корабле, плывшем по бурному Адриатическому морю, состояние поэта из-за начавшейся морской болезни ещё более ухудшилось. Возможно, обострился и мучивший его долгое время туберкулёз. Прибыв в калабрийский портовый город Брундизий, Вергилий окончательно слёг[937]. Попытки врачей спасти жизнь великого поэта оказались бесплодными.
По сообщению Светония, «ещё до отъезда из Италии Вергилий договаривался с Барием, что если с ним что-нибудь случится, тот сожжёт «Энеиду»; но Варий отказался. Уже находясь при смерти, Вергилий настойчиво требовал свой книжный ларец, чтобы самому его сжечь; но когда никто ему не принёс ларца, он больше не сделал никаких особых распоряжений на этот счёт и поручил свои сочинения Варию и Тукке с условием, чтобы они не издавали ничего, что не издано им самим»[938]. Кроме того, владея, благодаря щедрости друзей, состоянием в десять миллионов сестерциев[939], «половину имущества он завещал Валерию Прокулу, своему сводному брату, четверть — Августу, двенадцатую часть — Меценату, остальное — Луцию Варию и Плотию Тукке»[940].
