— А Вера знает, что экскурсия не совсем по базе? И ты не знаешь Любу, она вернется уже сегодня, — волнуясь за девчонок, отозвалась я сиплым голосом, так как горло еще не отпустило.
— Нет, Вера не в курсе и Егор, кстати, тоже не промах, им, как и нам, нужно поговорить, — признался Никита.
— Это какой-то заговор, — возмутилась я.
— Эмм…все не так просто как кажется, — подбирая слова, медленно говорил Никита.
— Никит, или ты говоришь все как есть, или я просто ухожу, — гневно посмотрев на него, сказала я.
— Хорошо, но это нужно увидеть. Ты как себя чувствуешь? — спросил, с беспокойством в глазах.
— Ты издеваешься? — ответила вопросом на вопрос.
— Нет, давай мы пообедаем, и после я тебе покажу, — предложил Никита, полный бред.
— Что ты собираешься показать? — спросила его.
— Причину, — сказал Никита.
Аппетит пропал на раз. Мне стало не по себе, что девчонки даже не подозревают о том, что против нас был заговор и теперь нас разделили, а все из-за меня. В голове не укладывалось, ведь если бы не мой обморок, то все было бы по-прежнему и девчонки были бы сейчас здесь, со мной. Поковырявшись в тарелке, я отложила вилку и сделала пару глотков сока. В голове одни «бы». Пора с этим заканчивать, пусть показывает, что там за причины.
— Я готова, — сказала я, видя, что Никита все съел.
Он посмотрел на меня, на мою тарелку и вопросительно изогнул бровь.
— Я не голодна, — ответила на его немой вопрос.
— Хорошо, пойдем, — вставая со стола, сказал он.
Мы вышли на улицу и, свернув за здание, пошли в сторону леса. Шли по узкой тропинке, Никита впереди, уже зайдя в лес прилично так, он остановился и повернулся ко мне.
— Что ты знаешь об оборотнях? — спросил Никита.
Я даже на секунду зависла, а после согнулась в приступе безудержного смеха.
— Ахахах, Никита, ты сказки перечитал? — сквозь смех говорила я, — Изначально ты мне показался серьезным мужчиной, — вытирая слезы смеха, продолжала я.
Он смотрел на меня спокойно, дождался, когда меня отпустит, а после сказал,
— Главное ни чего не бойся. Он не представляет для тебя ни какой опасности, — серьезно говорил Никита, вглядываясь мне в глаза.
— Кто он? — спросила я, — Ты, что собрался делать? — опять спросила, глядя как Никита снимает штаны.
— Запомни, не бойся! — строго сказал Никита, а дальше начался ужас.
Моя улыбка стерлась в долю секунды, и мое лицо исказил дикий ужас. Все происходило как в замедленной съемке. Никита упал на четвереньки, и его челюсть стала вытягиваться вперед, он стал покрываться шерстью, вместо рук и ног появились огромные лапы, а вместо ногтей вылезли огромные когти, а я словно оказалась в фильме ужасов.
И вот предо мной стоит огромный волк, вернее лежит.
Он положил голову на передние лапы и, поскуливая, смотрит на меня. А меня сковало оцепенение. Я надеялась упасть в обморок, но этой мечте не суждено было сбыться. Мне нечем обороняться и если он захочет, он с легкостью может меня разорвать. Да что там разорвать, при его габаритах, он спокойно меня может проглотить не разжевывая.
Волк немного прополз и замер в метре от меня, я даже дышать боялась.
Мысленно молилась, не зная ни одной молитвы до этого момента, но видать правду в народе говорят: «У последней черты — вспоминаешь о Боге». Вот и я вспомнила не о родителях и сестре, а о Боге.
В голове промелькнули слова Никиты: «Главное ни чего не бойся. Он не представляет для тебя ни какой опасности».
Это он про него говорил? Про этого волка, вернее оборотня? Значит, что оборотни и правда существуют? Боже мой! Волк внимательно следил за мной, разумным взглядом. Он разумный? Хотя о чем это я, это же Никита или уже нет? Что я знаю об оборотнях, наверное, ни чего, это у нас Верка любила читать всякие фэнтези, даже замуж мечтала за оборотня выйти, а мы с Любашей над ней посмеивались.
— Ник-ита, это ты? — спросила я у волка, дрожащим голосом.
В ответ волк кивнул и еще подполз ближе. Я протянула руку, но тут же себя одернула.
Наверное, нужно спросить.
— М-можно? — спросила я, опять протягивая дрожащую руку к его морде.
Волк снова кивнул и подполз уже вплотную. Боже, какой он огромный. Я опустила руку ему на голову, и моя ладошка утонула в этой мягкой шелковистой шерстке. Осмелев я протянула, к нему и вторую руку, поглаживая его за ушками. Волку это нравилось. Я обратила внимание, что от него не пахнет псиной или чем-то не приятным, наоборот, от него пахло кедром вперемешку еще с чем-то, но таким приятным, что я даже не заметила за собой как стала обнюхивать его. Боже, как он вкусно пахнет, наслаждалась я его запахом, пока он не боднул меня в ноги, и я плюхнулась на пятую точку. Волк лизнул меня в щеку и, повалив на спину, стал облизывать мое лицо, было немного щекотно.
— Надеюсь, ты не собираешься меня съесть, — улыбаясь, спросила его, осознавая, что я его уже не боюсь. Даже наоборот, внутренняя уверенность, что с ним я в безопасности.
Волк помотал головой отрицательно, и стал задирать мою футболку, облизывая мой живот.
— Эй, ты чего? — отталкивала я его морду, от своего живота.
