– Поздравляю, – абсолютно искренне сказал я.
– Она упорно лечилась, – неожиданно разоткровенничался Игорь, – и сейчас ей никак нельзя нервничать. Пожалуйста, не приходите больше, я абсолютно не в курсе дел Лады, не знаю, что она совершила, но могу вас заверить: по отношению к моей семье Ермолаева ведет себя очень прилично, она ни разу не качала права и не нарушила данного слова о молчании.
– У вас ведь есть ее координаты?
Игорь покосился на закрытую дверь.
– Да. Только они на работе. Понимаете… ну… в общем… у Инны случаются приступы ревности… не часто, но иногда пробивает ее. Начинает по карманам шарить, записи в телефоне изучать. Увидит женское имя и привяжется: «Кто такая Лада?» «Почему я про нее не слышала?» Еще сама ей звякнет и разбор полетов устроит.
– Можно я завтра вам на службу звякну?
– Конечно! Сколько угодно! Мигом продиктую и адрес Ермолаевой, и номер. Вы только сюда больше не приходите, идет?
– Можете быть уверены – не появлюсь!
– Игоряша, – донеслось из квартиры, – ты еще с человеком из милиции разговариваешь? Господи, у нас все же неприятность?
Инна открыла дверь и выглянула на лестницу.
– Что, – с тревогой спросила она, – кто эта Лада?
Игорь закашлялся, а я заулыбался.
– Извините дурака, я хоть и служу в органах, да сглупил! Номер дома перепутал, мне в соседний надо.
– Правда, – с недоверием переспросила Инна, – а почему вы так долго тут шепчетесь?
– Солнышко, – ласково произнес Игорь, – сделай одолжение, принеси визитницу! Мы тут случайно выяснили, что нашему гостю нужны мои услуги.
Инна засмеялась, юркнула в квартиру, в секунду вернулась назад, протянула мне визитную карточку и сказала:
– Игоряша такой энтузиаст! Не обижайтесь на него, вечно людям в рот смотрит! Мой муж бывает резок, ляпнет неожиданно: «Почему кариес на передних зубах не лечите», но специалист он от бога. Не волнуйтесь, болевые ощущения исключены, по себе знаю.
Я взял визитку и прочел: «Игорь Николаевич Решетников, стоматолог».
– Не бойтесь, – увещевала меня Инна.
– Звоните завтра, – бодро подхватил Игорь, – скидку вам сделаю.
Из недр квартиры донесся свист.
– Ой, чайник, – спохватилась Инна и убежала.
Игорь протянул мне руку.
– Прощайте. Кстати, если будут проблемы с зубами, обращайтесь.
– Спасибо, – улыбнулся я.
– Так не за что, – сказал стоматолог и хотел войти в квартиру.
– Еще секунду, – остановил я Решетникова, – а где живет Рита Альварес? Ну та девушка, подруга Лады?
– На последнем этаже, только я давно никого из их семьи не вижу – ни Маргариту, ни ее родственников, – быстро ответил врач, – раньше мы сталкивались во дворе.
– Может, они переехали? – предположил я.
Игорь взялся за ручку.
– Врать не стану, мы не общались, кивали друг другу по-соседски, и все! Если вам интересно, поднимитесь в сорок третью квартиру.
Дверь хлопнула, Решетников исчез, я вытащил мобильный и позвонил домой.
– Алле, – пропела Ленка, – говорите, не молчите, чего тормозите, у нас определитель, хулиганов в милицию сдадим, сколько можно сопеть, ваще…
– Лена, – сурово перебил я ее, – если хочешь услышать от человека ответ, сделай паузу, не греми погремушкой.
– Ой, Иван Палыч! Здрассти! Чего молчали? Я думала, что хулиганы. Совсем люди не умеют себя вести! Детей в школах не учат и…
– Передай трубку Норе, – велел я.
– Не могу, – заговорщицки прошептала Ленка, – у ней клиентка.
– Кто? – удивился я.
Элеонора свято соблюдает правило: заниматься нужно только одним делом. «Я не сотрудник МВД, чтобы разрываться между клиентами, – всегда говорит она, – лучше меньше, да лучше, чем много и тяп-ляп».
Поэтому чаще всего клиент не попадает в кабинет, и мне, и Ленке велено не пускать никого из посторонних, если Элеонора уже погрузилась в одно расследование.
– Человеческая жадность и любопытство безграничны, – сказала мне как-то Элеонора, – заинтересуюсь я новой проблемой, не завершив старую, и ничего хорошего не получится. Лучше мне вообще не знать о других клиентах. Вот закрою дело, и тогда с распростертыми объятиями…
– Третий час сидят, – шипела Ленка, – даже чаю не попросили! Духи вонючие у бабы! У меня отек мозга начался! Жуть! И где люди такую дрянь покупают?
– Это не дрянь, – вдруг вклинился в разговор чужой голос, – а дорогой парфюм.
Я на долю секунды испугался, и тут незнакомец сказал:
– Давай поспорим, что эти духи триста баксов стоят.
– Не могет такого быть, – живо попалась на крючок Ленка, – помойкой несет, словно цветы в вазе сгнили.
– Спорю, это «Запах Мулэ»? По рукам? Если докажу, что…
– Лева, – возмутился я, – ты подслушиваешь чужие разговоры?
– Я случайно снял трубку!
– Неправда! Если кто-то хочет позвонить, а линия занята, беседы он не услышит, звук блокируется. Надо нажать определенную комбинацию цифр, только тогда можно стать участником чужого разговора.
– Спорим, ты ошибаешься!
– Нет!
– Я говорю: «Да»! По рукам?
– Да… – начал я.
– Отлично, – завопил Лева, – пари принято! Когда вернешься?
– Не хочу я спорить!
– Ты уже согласился!
– Нет!!!
– Ваня! Это нечестно! Ты сказал: «Да».
– Нет!
– Лена! – возмутился Лева.
– Ась! – отозвалась домработница.
– Что он сказал? – насел на горничную внучок.
– Кто?
