Верховная жрица полностью

– Ты расплевался с издателем? – огорченно спросил Уоррен Мерфи, когда узнал, что я натворил.

– Он слишком неохотно расставался со своим золотом, – ответил я Мерфи.

– Да ведь только благодаря его золоту я живу себе в свое удовольствие, – печально отозвался тот. – Может, вернемся обратно в Пиннакл? – добавил он, все еще глубоко опечаленный.

– Пиннакл? Я велел Римо сровнять их дом с землей и засыпать солью то место, где он находился.

– Кто-то купил название, – сказал Мерфи.

Я так и подпрыгнул от неожиданности.

– Римо не уничтожил названия?!

Мерфи пожал плечами.

– Никто не застрахован от ошибок.

– Берет с тебя пример, – заметил я.

– И что же нам теперь делать? – спросил белый недоумок, который вот уже больше двадцати зим паразитирует на моей славе.

– Не желаю больше иметь никакого дела с американскими издателями, – объявил я свое решение. Дом Синанджу существовал еще задолго до появления этого кичливого народа и не желает иметь ничего общего с мерзкими толстокожими ублюдками.

– Стало быть, остается единственная возможность: «Золотой Орел».

– Золотой, говоришь?

– Они, кажется, никогда не перестанут публиковать своего «Палача».

– Значит, Пендлтон тоже жив?

– Он успел умотать из Пиннакла еще до того, как ты велел Римо разнести их дом. Во всяком случае, «Золотой Орел» теперь в Торонто.

– А ну-ка расскажи мне, да поскорее, об этом странном Торонто, где водятся «Золотые Орлы»! – воскликнул я. – Каковы их обычаи? Славятся ли их императоры своей невероятной щедростью?

Мерфи обдумывал мой вопрос с тупой медлительностью, свойственной полукорейцам.

– Я помню только белок, больше ничего. Спустившись по трапу самолета, я увидел, что белки там какого-то неприятно зловещего цвета, и весь остаток отпуска провел в баре, стараясь подавить все воспоминания.

– Стоит ли губить свою жизнь, таскаясь по барам? – буркнул я недовольно. – Все, решено. Мы будем работать у издателя, осененного крыльями «Золотого Орла».

– Это всего-навсего название, – заметил Мерфи.

– Вдолби им в головы, что если они не будут доставлять свое золото в замок Синанджу при помощи быстрокрылых орлов, то не только они сами, но и их название исчезнет с лица земли.

– Думаю, это ускорит переговоры, – откликнулся Мерфи. – Ты же знаешь, мы хотим сплавить им всю серию.

– В таком случае, – с пафосом произнес я, – передай издательству «Золотой Орел», что у них ровно сорок восемь часов на то, чтобы сделать нам щедрое предложение; если таковое не поступит – никакой пощады вождям!

– Они не вожди, а книгоиздатели.

– Если они согласятся опубликовать описания моих славных похождений, – продолжал я, – тогда на зависть всему миру получат титулы вождей.

Через день Мерфи позвонил мне из многоэтажного Торонто.

– Мы обо всем договорились. Особенно их прельстило твое предложение присвоить им титулы вождей.

– Тщеславие белокожих подобно мокрой глине: хотя она и тяжела, из нее можно лепить все, что в голову взбредет, – отозвался я.

– Тем не менее они не согласны на изменения.

– Отказываются поставить мое имя на титульном листе?

– Требуют оставить общее название серии «Дестроер» («Разрушитель») и сквозную нумерацию, иначе дело не пойдет.

– Ты осмотрел их золотые запасы, как я тебе велел?

– Да. Попробовал золото на зуб: не фальшивое.

– Сообщи им о нашем согласии.

– Еще они хотят, чтобы ты написал вступление и уведомил читателей, что никаких изменений не будет.

– Хорошо, но при одном условии. – Я многозначительно посмотрел на Мерфи.

– Что еще за условие?

– Ты вернешься из Торонто с парой чудных местных грызунов на плечах. Хочу слышать верещание: «Слава вождям».

– И кто же должен верещать? Я или белки?

– Вы все трое. Дружным хором!

Мерфи издал какой-то нечленораздельный звук, видимо, согласился. И вот я накатал такое вступление:

«Я, Чиун, Верховный мастер Синанджу, гарантирую, что книга, которую вы держите в руках, не носит никаких следов вмешательства новых издательских вождей „Золотого Орла“ и продолжает небезызвестную вам серию.

Главным героем книг этой серии по-прежнему будет мой ученик Римо Уильямс, хотя все понятливые читатели, разумеется, смекнут, что эта честь по праву должна принадлежать мне.

Книги, как и прежде, будут изобиловать лживыми измышлениями, искажениями и антикорейскими выпадами.

Записывать их намерен все тот же неграмотный писец. Даже оформление серии я разрешил продолжить этому горе-художнику Гектору Гарридо, несмотря на то что он упорно малюет такое чудо-юдо – Чиуна с усами. Впрочем, многострадальная жена Гектора, которая чересчур хороша для него, уверяет, что на этот раз все будет в полном порядке.

Если эта книга вам не понравится, не спешите строчить всякого рода глупые жалобы. Написана она американцами, опубликована канадцами. Поэтому вряд ли стоит удивляться, что это не шедевр. Хорошо еще, если гласные не вывалятся наружу, когда вы откроете книгу.

Испытывающий к вам некоторое снисхождение,