И действительно, под эти приключения лекция плавно завершилась, и всех пригласили собственно в помещение планетария. Мы с Аркадием подперли мальчишек с двух сторон: иное размещение было чревато, что прямо во время сеанса кто-то из них свинтит на поиски очередных неприятностей. С учетом громкой музыки это исключало возможность поговорить… Казалось бы. Магическим зрением я увидел, как Аркадий выпустил воздушный жгут от своего рта к моему уху. Я сделал то же. Это позволяло разговаривать очень тихо, почти не открывая рта, и прекрасно слышать друг друга. Трюк придумали орденские маги-ССОшники для тех моментов, когда рацией лучше не пользоваться. За неимением действующего заклинания телепатической речи — отличный вариант.
— Знаешь, почему я опоздал? Интересные подвижки произошли, — сказал бывший теневой маг. — Удалось расшифровать наружное послание.
Еще пятнадцать лет назад, когда мы разыскали все Якоря Проклятья, выяснилось, что все они отличаются между собой. Нет, различий ни по форме, ни по функционалу почти не было, а вот надписи внутри не дублировались. Как быстро стало понятно, их писали разные люди. И один якорь выделялся тем, что некая надпись имелась
— И что там оказалось? — спросил я. — Неприличный анекдот?
— Если бы! Инструкция, как добраться до поселения Древних Магов, построенного ими прямо в Междумирье. Похоже, у них там что-то вроде метакосмической станции.
— Неожиданно…
Почему у меня вдруг, поперек недавнего счастья, поперек жизнерадостной музыки из динамиков появилось дурное предчувствие?
— Не то слово. Принято решение отправить большую экспедицию до конца года.
А, вот почему. Мать вашу. Почему мне кажется, что тут без меня не обойдется?
— Насколько я знаю, транспорта пока нет, — сказал я, стараясь не подавать виду, что по спине пробежал холод, а благодушное настроение слетело так резко и прочно, будто его и не было.
— Есть возможность добраться до места с использованием только уже реализованных технологий.
— Только уже реализованных? То есть на обычных платформах? Без портативного атомного реактора, без искровых орудий? С высокой долей вероятности, это дорога в один конец, — сказал я, размышляя вслух.
— Так и есть, — согласился Аркадий. — Но это надо сделать, и ждать нельзя. Архистратигом экспедиции назначен я. Место стратига, то есть моего заместителя, предлагаю тебе. Согласен?
Тяжелое, неприятное чувство усилилось. М-да. Час назад я думал, что жизнь удалась. Налаженный быт, любимые жены и дети. Ученики. Важные дела, надежные друзья. И вдруг чувство долга хлобыстнуло дверью с ноги, и не откажешься.
— Ты понимаешь, о чем просишь? — спросил я. — Бросить все…
— Понимаю. Сам в таком же положении.
— У меня ведь нет возможности отказаться. Учитывая текущую политическую ситуацию.
— Возможность есть всегда, — не согласился новоявленный начальник экспедиции. — Просто скажи «нет». Уговаривать не буду. Но ты прав в том, что рост напряженности вызывает тревогу. Пятнадцать лет назад мы купировали ситуацию, ослабив Проклятье и выпустив магию в мир. Не допустили сползание в большую войну. Но гонка вооружений не остановилась, и, сам знаешь, если в технологиях у нас есть некоторое преимущество, с магией все не так однозначно. Да, самые сильные маги сейчас орденцы. Да, лучшая магическая школа пока у нас…
— Благодарю, — хмыкнул я.
— Вообще-то, я говорил о школе как о совокупности взглядов и теорий на научный процесс, — с иронией заметил он. — Хотя школа «Маяк», конечно, хороша, спору нет. Но магический прогресс как таковой идет достаточно медленно, и другие государства оказались почти в равном положении с нами. Они точно так же выращивают своих архимагов, ведут свои исследования дальнобойных заклятий и заклятий массового поражения. Ордену нужно восстановить паритет. Для этого требуется совершить прорыв в развитии. Одно из двух: либо найти через метакосмос другие пригодные для жизни миры, что сразу снимет накал борьбы в этом. Либо добыть магические знания у древних магов. И то, и другое будет успехом.
Я сжал зубы. К сожалению, Аркадий был прав. Как Верховный маг Ордена, уже полтора десятилетия варящийся в нашей внутренней (и до некоторой степени внешней) политике, пусть даже на уровне общественника, я отлично знал состояние магического социума и в нашей стране, и за рубежом. Знал его болевые точки и проблемы. Когда-то Бастрыкин боялся, что маги образуют сословное общество. Пока, к сожалению, они лишь усиливали накал борьбы между уже существующими стратами. И между странами в том числе.
