Вар стал мэром моего города. Я объяснил ему значение слова и он согласился. У Глебска должен быть свой правитель и исполнительный мэр. Не скромно называть город своим именем? Нет, вполне даже. Это мой город. Не появился бы я на этом месте, да еще и с пристройками, так померли бы изверги на своих болотах, а Рыси перестали существовать. Так что имею право, тем более, что строительство крепостной стены — тоже мое детище.
Кстати, стену мы продолжаем обустраивать. Теперь уже есть помосты у стены и строятся по углам не просто стрелковые вышки, а полноценные башни. Благо, сковать грубые железные скобы не сложно, чтобы плотно вложить бревна. Скоро взять Глебск будет невозможно даже для десятикратно большего числом противника. Не сдюжат огневики остановить Ворон, будь их нашествие, это сделаем здесь.
Ну что? Обход владений? И первым пунктом, где я поторгую своим симпатичным лицом с обгорелым на солнце носом, будут железоделательные мастерские. Да, это теперь целый комплекс, который в итоге пришлось вынести за пределы города, а после мучительно строить укрепления вокруг мастерских, да соединять их с городскими.
Причина элементарная — места не хватало. Три стационарных домны и каждый день не менее пяти разрушаемых — это те объемы, на которые мы вышли недавно. Мануфактура, где каждый болт накручивает свою гайку –вот принцип производственного цикла. Одни специализируются только на подготовке домниц, иные занимаются углем и только им. Далее есть те, кто следит за огнем и работает мехами. Вот где скоро культуристы получатся. Ну и ковали, что куют. Работа не прекращается и ночью, когда жгут домны, чтобы уже с самого утра была работа для ковалей. Рабочее законодательство? Нет, не слышали.
В производстве железа сейчас задействовано одиннадцать человек и не все мужчины. Четыре девицы проявляют такую проворность и сообразительность, что в пору открывать новую кузню, чисто женскую и объявлять социалистическое соревнование за получение вымпела. Как раз в доме парочка вымпелов были, правда там за лучшую доярку. Да кто умеет по-русски читать?
Получается в день изготовить два топора, десять скоб, двадцать гвоздей, ну и десять-пятнадцать наконечников на арбалетные болты. Все изделия, конечно, вариативны.
Не все гладко получается. И сейчас я даже не столько про то, что брака хватает, что люди работают на износ, что многие охотники вырваны из процесса добычи еды. Я про то, что на наших болотах становится сложнее добыть хороший лимонит. Уже нет того, что просто на глаза попадается, приходится копать, очищать, лезть в воду. Но, ничего, идет геологическая разведка окрестностей.
Постоял, посмотрел, послушал, как Фелик по-русски материт кого-то за что-то, пошел дальше.
Следующим пунктом моего обхода владений была арбалетная мастерская. Тут трудилось четыре человека, которые так же были распределены по отдельным процессам. Мы никак не выйдем на прогресс в деле усовершенствования арбалетов, у меня на это не хватает фантазии и знаний, местные умельцы руку набили и только и клепают старые модели. Впрочем, упор делаем на массовость применения в ходе боя.
Есть в том, что производим арбалеты и весьма положительные тенденции. Так, иногда, но добычу в виде косули, или даже молодого лося, приносят женщины, которые теперь без арбалетов не ходят в лес. По крайней мере, зайцев в округе уже нет, всех бабы-амазонки повыбивали.
Что касается амазонок, то тут не так, чтобы много места для шуток. Половина женщин нынче вполне себе умело обращается с арбалетами. Сложно им, конечно, заряжать свое оружие, но учатся и этому. Так что, при необходимости, на стены Глебска встанут не только мужчины, но и женщины, девушки, подростки. Так мы добьемся колоссального увеличения огневой, стрелковой мощи. Ну а мужчины-воины, по большей степени, будут прикрывать места вероятного прорыва.
Гончары наши так же теперь не в городе, их мастерская оборудована у реки. Я вот думаю, чтобы попробовать соорудить водяное колесо, дабы круги гончарные от водного привода крутились. Но пока такое кажется очень сложным, может только на следующий год.
Все это просто нонсенс, который, кроме как чудом и покровительством Бога, для местных людей не объяснить.
В производственных процессах, включая добычу соли на геологическом разломе задействовано более тридцати мужчин и женщин, что составляет половину от всех жителей Глебска. Остальные приписаны к сельскому хозяйству, рыбной ловле, пчеловодству, скотину доглядывают. В лес за грибами нынче ходят только в условно выходные дни. Хотя это не значит, что все многочисленные грибы в округе не собраны и сейчас не сушатся.
Остаются только звезда воинов, что занимается строительством, две звезды, которых никуда не привлекают и они ответственные за разведку и, если есть на то нужда, сопровождение добытчиков соли.
Несколько помогают, живущие в менее четырех часах пешком, Большие Рыбы. Этому роду я отдал одну из рыболовных сетей из будущего, им же передается часть соли. Вот они и солят рыбу на зиму, а так же их молодняк приходит на работы в город.
