Я поднял глаза к небу и обомлел. Матово-золотистые нити исчезли. Вместо них протянулись несколько темных полосок, в которые они, видимо, слились и теперь соединяли налившееся чернотой облако с северным горизонтом. Остальная часть неба была ясной и чистой. Темные полосы, словно тугие канаты, тянули облако книзу на север, причем двигалось оно достаточно быстро. Чем ближе его притягивало к земле, тем отчетливее можно было видеть, как от нее поднимается сначала прозрачная, а затем все сильнее темнеющая масса — широкая и сужающаяся кверху, которая, вращаясь вокруг собственной оси, жадно тянется к облаку своим подрагивающим верхним концом. А облако все быстрее спускалось вниз, расширяясь в своей верхней части и протягивая книзу встречный «хвост». Оба хвоста искали и нашли друг друга. Когда они соединились, казалось, что облако сорвется и упадет на землю, но оно удерживалось в воздухе, в результате чего образовалась бешено вращающаяся вокруг своей оси двойная воронка с соединившимися в центре вершинами, в то время как основания обеих воронок — внизу, на земле, и высоко в воздухе — достигали в диаметре примерно пятидесяти метров.
И поскольку вокруг нас рос лишь невысокий кустарник, то мы имели возможность наблюдать это грозное явление природы, так сказать, во весь рост. Продолжая быстро вращаться, это фантастическое образование двигалось прямо на нас. А нас окружала полная неподвижность воздуха и внезапно наступившая духота, которая моментально погнала у нас пот изо всех пор.
— Маленький Олень был прав, — сказал я, — речь идет о нашей жизни и смерти. Скорее, Уилл, будем спасать себя и женщину!
— Но как? И куда? — спросил он с тревогой в голосе.
— Скорее, к лошадям!
— Но мы даже не знаем, в какую сторону бежать!
— Вообще-то, движение подобных смерчей непредсказуемо, так что придется следить за его направлением и пытаться уйти в сторону. Возможно, его остановит вода, и он даже не сможет перебраться на наш берег. Выведи за ограду коня Роллинса, а я побежал за женщиной!
Я нашел ее в доме у очага, ничего не подозревавшую о нависшей над нами опасности. Она едва не лишилась чувств, когда я быстро сообщил ей о том, что происходит снаружи. Я схватил ее в охапку и потащил из дома. Уилл в это время как раз подвел коня.
— Конь очень норовистый, — крикнул он, — я сяду на него сам. Он без седла и первым же прыжком сбросит леди на землю. Посади ее на моего Рыжего! Быстрей, быстрей!
Он вскочил на коня и галопом погнал его вперед.
— Вы умеете ездить верхом? — спросил я женщину.
— Не слишком хорошо, — застенчиво ответила она.
— Тогда я возьму вас к себе.
Я вскочил на коня Солтерса, втащил на него дрожащую от страха женщину, ухватил своего Гнедого за повод и поскакал вслед за Солтерсом.
Все происходило так быстро, что с того временя, как мы заметили надвигающийся смерч, до этого момента прошло не более одной минуты. Ехать мне было не слишком удобно: правой рукой приходилось держать женщину, лежавшую поперек седла, а левой направлять коня и держать за повод Гнедого. Но кое-как удавалось справляться. Когда мы проехали уже довольно приличное расстояние, я крикнул Уиллу, чтобы он остановился. Он осадил коня, и мы оглянулись.
Смерч уже почти достиг реки. Облако исчезло, и теперь он напоминал своей формой чудовищного размера песочные часы, внутри которых с бешеной скоростью вращались сорванные с земли и поднятые высоко в воздух кусты, камни, огромные массы песка и мощные пласты дерна. Это было неземное, фантастическое, чудовищное зрелище!
Теперь вихрь уже добрался до берега реки. Остановится ли он или продолжит движение на противоположном берегу и в какую сторону, а может, распадется там же, у воды? Человека, попавшего в зону его действия, ждала бы неминуемая гибель. Будучи оторванным от земли, он задохнулся бы в его страшной круговерти, если еще прежде не был бы сброшен с головокружительной высоты обратно на землю.
Смерч остановился у воды, словно в раздумье. Верхняя, сужающаяся книзу воронка наклонилась вперед, стремясь продолжить движение в прежнем направлении. Она тащила за собой нижнюю половину этого жуткого монстра и, казалось, вот-вот оторвет ее от земли. Внезапно раздался ужасающий грохот, темные, компактные массы песка, камней, кустов и дерна исчезли, и перед нашими глазами возник гигантский водяной столб, имевший поначалу вид ровного цилиндра, но постепенно начавший сужаться посередине и принимать прежнюю форму двух слившихся своими вершинами конусов. Воздушный смерч превратился в смерч водяной, который, будто в гневе от этой вынужденной остановки, с удвоенной скоростью ринулся вперед, через мгновение обрушился всей своей мощью на деревянную лачугу и продолжал двигаться прямо на нас.
— Прочь отсюда! Туда, вправо! — крикнул я.
В эти короткие секунды нам с трудом удавалось удерживать коней на месте. Почуяв смертельную опасность, они теперь сорвались с места и понеслись вскачь, не нуждаясь в наших понуканиях.
