Он отвел нас по другую сторону вздыбленного над землей корневища. Там, вблизи ствола, в почве образовалась расщелина. И в ней мы увидели два подернутых сверху седой плесенью кожаных мешочка, которые при ближайшем рассмотрении оказались наполненными золотым песком и самородками. Йозеф все уже знал. Когда же его матери рассказали то, о чем я догадывался еще раньше — об убийстве ее первого мужа, она едва устояла на ногах, чтобы не упасть в обморок. Правда, некоторым утешением ей могло служить внезапное обретение немалого количества драгоценного металла, во что она, кажется, так и не могла до конца поверить. В ответ на ее вопросы индеец рассказал вот что:
— Ревущий Бизон был моим отцом. Он отправился вместе с Горящей Трубкой, своим братом, в путь, чтобы увидеть Великого Отца бледнолицых и рассказать ему о просьбах и желаниях апачей. Оба вождя поехали на восток. Они увидели, как трое бледнолицых убили еще одного белого. Двое из убийц были Дурной Глаз и Крадущая Рука, а третьего они не знали. Они отомстили за убийство и убили Дурного Глаза и третьего бледнолицего. Крадущая Рука сбежал, после того как был убит мой отец. Закопав золото и взяв труп Ревущего Бизона к себе на коня, Горящая Трубка стал преследовать убийцу, но не догнал его. Горящая Трубка похоронил брата там, где я найду его через два дня. А сам поехал в Вашингтон. За брата необходимо было отомстить, и это должен был сделать я, потому что я его сын. Но тогда я был еще мал. Потом я отправился за скальпом убийцы, чтобы стать воином и носить с собой огненный ствол. Убийца жил в доме убитого, он сделал его жену своей скво. Так дом стал принадлежать ему, и он мог искать золото.
Услышав все это, женщина испустила вопль ужаса и упала без чувств. Ее второй муж оказался убийцей первого.
— А теперь вы увидите Крадущую Руку, — сказал индеец. — Идите за мной!
Йозеф остался с матерью, чье бессознательное состояние мы в этой ситуации сочли за лучшее. Индеец подвел меня и Солтерса к большому платану. Там, прижатый к земле одним из мощных ответвлений огромного дерева, лежал Роллинс с раздавленными и раздробленными ногами.
— Вот он, — сказал индеец. — Я хотел взять его скальп, но Великий Дух покарал его. Я могу взять только скальп человека, которого я победил в бою, а на него обрушился гнев справедливого Маниту — на том самом месте, где он совершил убийство. Теперь ты понял письмо, которое я тебе дал?
— Целиком и полностью, — ответил я.
— Горящая Трубка не умеет писать. Он попросил составить письмо великого вождя Инчу-Чуну, которому все рассказал. Ты — брат великого воина, и поэтому я хочу подарить тебе это письмо. Смотри, несчастный открыл глаза. Может, тебе еще удастся с ним поговорить. А я ухожу от убийцы моего отца, я мог бы убить его в бою, но я не хочу слышать его стонов. У краснокожего тоже есть сердце, как и у бледнолицего, он может быстро убить, но не хочет долго мучить.
И он возвратился к Йозефу и его матери. Нам же предстояло еще пережить ужасные четверть часа, в течение которых умирал убийца. Сознание вернулось к нему. Он чувствовал, что смерть близка, и сознался во всем. У него, правда, не было уже сил для связной речи, но он был в состоянии отвечать «да» или «нет» на наши вопросы. Так были подтверждены уже сделанные нами выводы.
…Во время погони Роллинс заметил, что у преследовавшего его Ревущего Бизона золота с собой уже не было — значит, он успел закопать кошельки. Ему удалось обмануть индейца и вернуться на место преступления. Там он с большим трудом выкопал яму и спрятал в нее трупы. А спустя несколько дней он застрелил и брата своей жертвы, чтобы быть принятым его женой в качестве благородного защитника. После этого можно было спокойно приняться за поиски золота. Ему удалось все, кроме главного: он так и не смог найти зарытых в земле самородков. Жажда золота и муки совести привели его на грань безумия. Он не терпел поблизости никого из посторонних, чтобы те случайно не обнаружили сокровища. Потому-то он с такой ненавистью встретил меня с Уиллом и прогнал Молодого Оленя, который притворился хромым и пытался под этим предлогом проникнуть в его дом.
И Господь покарал его. Теперь убийца лежал, ожидая смерти, на том самом месте, где в земле покоились кости убитых им людей. Он еще успел узнать от нас, что золото, которое он так долго и тщетно искал, теперь найдено и перешло в рука ненавистного ему мальчика и его матери.
И все же Всевышний обошелся с ним еще довольно милостиво: раздробленные члены, судя по всему, не причиняли ему боли. Он закрыл глаза и тихо уснул навеки, не издав ни единого вздоха или стона.
Мы сообщили женщине о случившемся. Та не пожелала его видеть, и была права. Вдвоем с Уиллом мы вырыли могилу и прочли над ним заупокойную молитву.
Маленький Олень вскоре покинул нас. От предложения остаться еще на некоторое время он отказался. А когда столько пережившая за последние дни женщина предложила ему часть золота, гордо ответил:
