Рой успел заклеить пластырем царапину на щеке и вновь обрел свою обычную самоуверенность.
- Мисс Алиса, вот замечательный сюрприз! - подобострастно воскликнул Фэйни. - Очень, очень приятно!
- Алиса, сестренка, это ты здесь воюешь? - шутливо окликнул сестру Рой. - Клэр, это моя единственная, обожаемая сестра, - продолжал он тем же тоном. - Знакомьтесь.
Алиса холодно оглядела выгоревшие штаны Клэр, сбившуюся косынку, из-под которой торчали растрепанные темные пряди, смуглые ноги в стоптанных сандалиях. Она не спешила подавать руку.
Клэр медленно сказала:
- Я уже давно догадалась, что это ваша сестра. Вы очень похожи.
- Да, это все говорят, - согласился Рой, гадая, что таится в словах Клэр - одобрение или насмешка.
- Мисс Алиса, видели вы наше здешнее жилье? Пойдемте, я могу вам все показать, - предложил Фэйни.
- Как, опять? - воскликнула Алиса. - Но мы уже все обошли, уверяю вас. И сколько раз можно осматривать один и тот же обыкновенный дом?
- Вам у нас не нравится? - прямо спросила ее Клэр.
Глаза девочек встретились. Алиса первая отвела свой взгляд и пожала плечами.
- Нет, почему же? Видимо, для вас и для ваших... э... друзей здесь вполне хорошо. И потом, эти горы... - она подыскивала слова.
- Видите ли, Клэр, наша Алиса еще не привыкла к здешней жизни, - поспешил прийти на помощь сестре Рой. - У нас на юге совсем другая природа, другой климат. У нас очень большой дом, большие плантации, негры. - Рой изо всех сил старался выправить положение.
- Понимаю. К счастью, ни черных, ни белых рабов вы здесь не найдете, - все так же медленно сказала Клэр. - Мы все делаем для себя сами.
И, не обращая больше ни малейшего внимания на Алису и ее брата, она взяла под руку Лисси Бойм и отошла.
Рой бросил взгляд на Фэйни. Тот ухмыльнулся откровенно и обидно. Тогда, подхватив под руку удивленную Алису, Рой повлек ее за угол столовой. Здесь было совершенно уединенно, только из открытых окон доносился звон тарелок: грачи собирались обедать.
- Какой дурой ты себя вела! - накинулся Рой на сестру. - Я так хотел, чтобы ты приехала! Думал, ты мне поможешь, надеялся на тебя... А теперь ты все-все испортила! - он безнадежно махнул Рукой.
- Помогать тебе? Но чем? Как? - от удивления Алиса даже не обратила внимания на обидные слова брата.
Что отвечал Рой сестре, о чем ее просил, мы не знаем. Известно только, что когда спустя четверть часа оба они вышли на широкий двор Гнезда, там никого не было, кроме Ксавье, что-то строгавшего поблизости. При их появлении он сразу куда-то испарился. Зато через минуту они встретили Мари, которая бродила с разочарованным и усталым видом по задворкам.
- Куда вы вше подевалишь? - чуть не со слезами набросилась она на Алису и Роя. - Ни ваш, ни Юджина... Ишкала, ишкала его... В поход, говорят, он не ходил, а здешь его тоже нет.
Минут через десять бледный от волнения Ксавье отыскал Клэр, которая после обеда забралась с Лисси в лопухи и сидела там, взапуски болтая с подругой.
- Клэр, мне надо спросить тебя из английского, - начал Ксавье.
- Из английского? Сейчас? - удивилась Клэр. - Ну, пожалуйста, спрашивай, что тебе нужно.
- Ты ведь лучше меня знаешь английский? - опять сказал Ксавье. - Так вот, я хотел тебя спросить одно слово.
- Ну, спрашивай, - Клэр вдруг заметила, что Ксавье подозрительно косится на Лисси. - Можешь при ней, это своя, - добавила она успокоительно.
Однако Ксавье не так-то легко было убедить.
- Ох, ну говорю же тебе, что Лисси наша, - нетерпеливо сказала Клэр. - Ведь это она достала нам светящуюся краску.
- Она? Тогда другое дело! - пробормотал Ксавье. - Клэр, тогда скажи мне, что значит по-английски "ту шэдоу"?
- Это значит следить, тенью следовать за кем-нибудь, - отвечала Клэр.
Ксавье глубоко вздохнул.
- Все ясно, - сказал он. - Только что я сам, своими ушами слышал, как Мэйсон приказал своей сестре быть тенью Клэр Дамьен.
Можно было бы начать эту главу, например, с рассказа о новом дне, встающем над Вернейской долиной. Сверкающий гребень солнца еще не показался из-за гор, но уже теплеет воздух. Снега Волчьего Зуба чуть тронуты розово-голубой тенью, синий сумрак сворачивается, как дракон, и уползает в пропасти и расщелины, чтобы залечь там до ночи.
И вот солнце обрушивается на мир; разбрызгивает искры по водам, по снегам, по горным впадинам, всюду проникает, вытаскивает на свет все краски, все оттенки, все пятна, в лесу сгущает темноту, на лугу подчеркивает влажную зелень, наполняет звоном, пеньем, стрекотаньем, жужжаньем новый день. На альпийских лугах цветут невиданнее цветы, а лес источает горячий, пряный, медовый запах, как коврижка, которую только что вынули из печи.
