Мы удивились,не застав вахтера на боевом посту,– у панели управления въездными воротами,а обнаружив его марширующим по плоской крыше вахтенного помещения со стеблем на плече. Его напарник в панике метался перед воротами,причитая и заламывая руки,но Репей,похоже,ничего не слышал.Он с упоением предавался шагистике:сам себе отдавал команды – "напра-налево",тянул носок,лихо разворачивался на каблуках,доходя до края крыши,а свободной рукой давал такую отмашку,что аж ветер свистел!В нагрудном кармане бравого вахтера торчал желтый "тюльпан".
Между тем,стали собираться зеваки,– пока только тычинки и пестики из других флор-боксов,но скоро могли появиться и взрослые,ведь происходившее всё больше напоминало балаганное представление:младшие радостно смеялись,хлопали в ладоши и подпрыгивали;старшие посвистывали и улюлюкали.Надо было что-то делать.Мы вопросительно уставились на Лофаню.Тот молча кивнул и тихонько свистнул.Репей моментально застыл на месте – с высоко поднятой ногой и рукой на отлёте,как бы в задумчивости,а потом,словно невидимая ладонь хлопнула его по лбу,развернулся и зашагал по крыше в нашем направлении,ловко спрыгнул на землю,подошел к нам,"приставил ногу",отдал честь и так и замер с растопыренной пятерней у непокрытой головы.Глаза его при этом были закрыты.Настала наша очередь свистеть от удивления:Лофант не обманывал – Фло был способен на многое,а главное,Лофане действительно удалось с ним подружиться. С гордостью взглянув на нас,Ло протянул руку и вынул "прототюльпан" из нагрудного кармана вахтера,затем еле слышно прошептал:"Пора сматываться" и спрятал Фло под курточку.
Но далеко уйти нам не удалось. – Что здесь происходит?– раздался слишком хорошо знакомый нам голос.Гиацинт! И,как назло, – дежурный наставник сегодня – белоснежный китель,золотом шитые обшлага и ярко-красная гвоздика в петлице – символ безграничной власти до самого утра.
Мы с надеждой взглянули на Лофаню, но тот только потупился.Гиацинт подошел ближе,смерил нас быстрым презрительным взглядом и с нескрываемым любопытством,заложив руки за спину и слегка покачиваясь на носках,уставился на Репья.Затем вновь повернулся в нашу сторону,зачем-то потянул носом воздух и скомандовал:– Ну-ка,вы,"великолепное соцветие",быстро за мной! – А ты,– обратился наставник к напарнику Репья вахтеру Кардусу,– отнеси-ка товарища в караулку,сними сапоги и поставь его в таз с холодной водой,– к вечеру отойдёт.
За всю дорогу Гиацинт не сказал ни слова и ни разу не обернулся.Это не предвещало ничего хорошего.Заведя нас в наставническую,он закрыл дверь на ключ,включил нижний свет и опустил шторы.Затем подошел вплотную,наклонился и стал сосредоточенно принюхиваться,полуприкрыв глаза.Голова его плавно и ритмично покачивалась на длинной шее,словно у гигантской предысторической змеи во время охоты,а лампы,вмонтированные в пол и источавшие тусклый красноватый свет,придавали происходившему ещё большей жути.Вскоре жертва была найдена.
– Тебе помочь или сам достанешь?
Ло втянул голову в плечи и съёжился так,будто хотел прорасти с другой стороны Флористана,но рука его послушно,почти торопливо полезла под курточку,потом поползла назад и замерла на пол-пути. – Смелее,– подбодрил наставник и – уже нетерпеливо,– в чем дело?
– Он просит выключить красный свет и включить обычный,дневной.Правая бровь Гиацинта дернулась и приподнялась.А я-то думал,что удивить наставника невозможно. – Какие мы капризные,– немного смущенно пробормотал он,но просьбу выполнил.Лофант достал из-за пазухи флор-имаджинатор и протянул Гиацинту,от волнения сделав это столь резко,что тот отпрянул от неожиданности. – Не бойтесь! – улыбнулся Лофаня, – можете погладить.Фло разрешает.Мы ушам своим не верили.В таком тоне с наставником ещё не разговаривал ни один тычинка.Но Гиацинт не обратил на это никакого внимания. – Фло?!! – громким,свистящим шепотом,словно внезапно охрипнув,произнес он. – Ты дал ему имя?!Наставник был потрясен.На высоком,с залысинами,лбу выступили капли пота,и без того удлиненное лицо,напоминавшее мне морду предысторической пржевальческой лошади,стало ещё длиннее,черты его заострились как у покойника,губы затряслись,руки задрожали,казалось,он вот-вот грохнется в обморок.И что нашему "отважному и великолепному соцветию" тогда делать?
Выручил всех Лофант.Он поднес "прототюльпан" к носу Гиацинта и что-то пробормотал(мне послышалось слово "ландыш").Наставник несколько раз глубоко и жадно вдохнул,– лицо его просияло,глаза наполнились слезами блаженства;он упал на колени и прижался губами к стеблю Фло.
Глава 6-ая.
