Рассказ о Серой Белке и ее сломанной ветке
Далеко на востоке горы так высоки, что бредущая по небу луна обходит их стороной. В той стране, из каменного сердца земли, из глубокой трещины в белой скале растет Древо жизни, священный ясень. Когда на земле рождается человек, на Ясене появляется новая ветка и растет вместе с ним.
Но ни на земле, ни на небе нет никого сильнее Смерти. Яростная и бессонная, ломает она ветви Древа жизни, а людям слышатся раскаты грома за облаками. Если Смерть сломает ветку — умрет тот, чья это ветка. Сломает длинную ветвь — весь род сгинет без следа. Если сломает большой сук — будет истреблено целое племя. Много их уже погибло, а погибнет еще больше.
Бывает, что Убивающая лишь надломит ветку. Она еще зеленая, но силы в ней уже нет. Тому, чья ветка надломлена, достанутся слезы и горе, позор и голод. А потом ветка совсем высохнет, и Смерть унесет хозяина ветки.
Так говорила вдова своей дочери Серой Белке.
Вот что может спасти от лапы Смерти: имя большого и грозного зверя! Но лучшие звериные имена достаются сыновьям и дочерям сильных и удачливых охотников. А бедной и безродной вдовьей дочке досталось беззащитное имя Серая Белка. Она была ростом коротка, пушистые косы еще короче, а память совсем коротенькая. Она всегда забывала, что у нее имя беличье, и руки слабые, и умерший отец не придет за нее заступиться.
И еще забывала она, что если Смерть надломила ветвь твоего рода, то лучше затаиться, затихнуть, замолчать, чтобы она забыла о тебе и ушел. А Серая Белка пела песни, ворожила о женихе и говорила, что должна же быть где-то хоть какая справедливость для вдовьей дочки. Чтобы она наконец со страху затаилась, вдова рассказывала ей о змеях-оборотнях из лесных болот и о духах гор, которые одним взглядом могут обратить тебя в камень. А еще рассказывала вдова о злых людях, что совесть порастеряли. Лишь бы Серая Белка со страху перестала песни петь. Ибо зверь не любит, когда его добыча веселится. Смирись, замри…. ведь только за мертвыми не охотится Смерть…..
Только Серая Белка долго бояться не умела.
Вот однажды по осени она делала запасы на зиму — ходила на охоту и ловила рыбу. В один из дней она настреляла куропаток и несла домой. Тихо, чтобы ее не услышала Смерть, она пела песню про лесной спор:
Вель, Олень высокорогий,
Ястреб Хест, праправнук Ветра,
Эльки-Лис, Огня племянник,
И премудрый Торргир-Ворон
Встали в круг на мху зеленом
Спорят из-за девы Белки,
Из-за Белки рыжехвостой,
Повелительницы леса.
Загадала им загадку
Белка, дочь Зари вечерней:
Отчего в осеннем небе
Солнце ясное не греет?
По крутым дорогам горным,
Вель-Олень пошел к востоку
Встретить утреннее Солнце,
У него спросить отгадку.
Ястреб Хест раскинул крылья
И в полуденное небо
Полетел сразиться с Солнцем
И ответ когтями вырвать!
Строит лодку хитрый Эльки,
По волнам прозрачным моря
Лис поплыл подслушать шепот
Засыпающего Солнца.
Наступленья темной ночи
Ждет премудрый Торргир-Ворон,
Хочет он спросить совета
У Луны, подруги Солнца.
Ворону Луна сказала:
Оттого остыло Солнце,
Что огонь свой подарило
Сыновьям своим, деревьям.
Спит в тумане лес осенний,
В нем не слышно птичьих песен….
Не успела она допеть волшебное сказание и дойти до их с матерью хижины, как увидела, что двое людей незнакомых торгуются на опушке. Один в бурой меховой одежде, видно здешний, с гор. А другой чужестранного вида, одетый богато и ярко. Будто Солнце отдало свой огонь не осеннему лесу, а его широким многоцветным штанам. Торговец с юга, беда здешних мест… Осторожная Серая Белка решила обойти этих двоих стороною. Но горец крикнул:
— Эй, дева синеокая! Иди сюда! Помоги нам разрешить спор. Что ж ты не идешь? Что ж ты такая робкая?
