– Да, – эльф расплылся в довольной улыбке. – У нас будет четыре сына! Им уже восемь недель, и развитие идет прекрасно!
У всех рты пооткрывались от удивления, у Мари тоже.
– Как четверо детей? Как восемь недель? – она даже привстала на локтях.
– Да, именно четверо любимых деток, и да, им уже пара месяцев, – он нежно поцеловал в губки супругу и, подхватив ее на руки, закружил с криком счастья на руках. – Любимая, спасибо, спасибо тебе!
– Давайте все же покормим нашу беременную жену, – взял себя в руки я и потянулся к Мари, чтобы тоже прижать к себе и зарыться в ее волосы носом. Ее запах так будоражил моего зверя, что я даже готов был мурчать не хуже барсов.
Теперь я понимал, почему мне малышку не хочется выпускать из рук: моя самочка беременна, и мой зверь это почувствовал сразу, а я, как и все, просто не ожидал такого. Да появление одного ребенка – это уже огромная редкость, а тут твоя совсем еще молодая жена – и уже сразу с четырьмя детенышами.
Я чувствовал в ней свой запах, но и Фарго с Денли и Сульгенэлем тоже чувствовали. Они за столом это сразу же сказали Мари, когда она стала гадать, кто отец. Но и я не отставал и тоже признался, что чувствую.
Такое невероятное могло случиться только с нашей девочкой. Она забеременела сразу от четверых, причем разных рас. Конечно, в истории такое бывало, но все же это была всегда редкость. Но вот чтобы четырьмя детьми сразу – это что-то сравнимое с даром Богини.
Еда сегодня превзошла все ожидания, я наслаждался мясом, которое было просто великолепно. А вино, открытое в честь такого невероятного, но потрясающего события, было вообще самым вкусным, какое я когда-либо пробовал за всю свою жизнь.
В этот момент меня огорчало только то, что мать совсем немного не дожила до этого дня, она была бы очень рада узнать, что все ее три сына счастливы и что скоро у них будут дети, один из которых наг. Наследник нашего рода и магии.
– Ложись ровнее, – положил Сульгенэль на постель Мари и принялся опять водить ладонями, выпуская магию по еще совершенно плоскому животику.
– Щекотно, – засмеялась она, но с лукавой улыбкой принялась стрелять на нас всех глазками. – Вы же не думаете, что наши ночи закончатся с моей беременностью?
Она потянулась к Сульгенэлю, который сосредоточенно напитывал магией наших крох.
– Мари, – сбился эльф, но магичить не перестал. – Давай мы немного подождем с этим.
Он закончил с напи́тыванием детей и печально посмотрел на тельце нашей жены, которая опять предстала перед нами в своем умопомрачительном белье. Оно было сегодня ярко-фиолетовое, с черными кружевами, а на ножках чулочки, которые уже не раз мы могли созерцать на ней.
Первый раз, когда она предстала перед нами в них, причем решила станцевать особенный танец, мы, как один, просто набросились на нее, чуть не переругавшись с собратьями, кто будет первым. Но она потом так вымотала нас, что после уже никто и никогда не ссорился в ее присутствии. Вот и сейчас она поднялась на колени в мягкой постели, среди белых простыней. Скинула свой халатик полностью и, оставшись в одном белье, принялась нас соблазнять.
Мы все стояли вокруг постели и безумными глазами пялились на нее. Первым не выдержал Риар, он буквально пополз к ней, не хуже нага. Прильнув лицом к ее животику, стал водить губами по нему.
– Конечно, нужно быть осторожными во время беременности, – она поглаживала своего дракона. – Но вот оставаться вообще без секса – это очень вредно.
Мы все отмерли и каждый стал делать максимально полезное, так, чтобы Мари в эту ночь была нами всеми довольна.
В последующие дни пришлось много времени тратить на урегулирование новых законов. Поток существ, что направился в Феникс, увеличивался с каждым днем. Оказалось, что слугами не так уж и многие хотят работать. Как правило, на этих местах оставались самые старые мужчины, которые уже ничего не хотят менять и которые привыкли так жить. Конечно, каждый не поленился и составил договор, потому как свои собственные деньги нужны были каждому, и получать теперь за свой труд честно заработанные все считали поистине благословением Богини.
Мою коронацию было решено назначить через неделю после нашего возвращения. Собратья посчитали, что все же это будет праздник, и хотели максимально красиво все организовать.
В один из самых больших залов я завел свою жену в золотом, под цвет моего хвоста, парчовом платье. Оно небольшим шлейфом струилось за ее спиной. Начиная от плеч, с которых спадала едва заметная прозрачная ткань из золотой паутинки шелковых ниток, шла невесомая накидка, покрывающая шлейф платья, словно облако искр.
– Мне кажется или смотрят только на меня? – шепнула мне Мари.
– Ты просто потрясающе красива, вот существа и не могут оторвать от тебя глаз.
Моя маленькая девочка зарделась, и я еще более гордый, что сегодня могу взойти на престол вместе с женою, аккуратненько сжал ее ладошку, лежащую на моем локте.
– Люблю тебя, – я немного склонился к ее ушку.
– А я тебя, – светлая и счастливая улыбка озарила ее лицо.
