Еще в комнатах меня нарядили в роскошное платье цвета мерцающего звездного неба – платьев в гардеробной оказалось море. Там было настолько много всего, что можно было подобрать одежду на любой вкус и размер. Как уверил мой Дракоша, это все платья, сшитые специально для меня, потому как драконы ждали свою истинную вот уже более тысячи лет. Я постаралась ничему не удивляться. Но все же попросила, чтобы мне привезли те вещи, которые я брала с собою к нагам. Все же там были именно те платья, которые я самолично придумывала. Да и опять возвращаться к панталончикам желания вообще не было.
Тогда Фарго осторожно стал рассказывать, пока Денли делал мне прическу к ужину, что у драконов, предназначенных стать квадрой для их народа, всегда одна жена на четверых. И что водный, природный и воздушный драконы тоже уже мои, и от этого никуда мне не деться. А принять мне их или нет, полностью зависит от меня.
Прокручивая весь разговор с мужьями, я никак не могла забыть, что и наги назвали меня своей истинной, и они как раз сегодня тоже будут.
Алан, аккуратно надевая на мои ножки туфельки под цвет к платью, сказал, что наги вместе с ними искали меня и очень волновались.
А вот мне было до сих пор страшно – наверное, уже не так ярко и всепоглощающе, но страшно, а может, даже больше стыдно перед ними.
Отбросив все мысли на потом, уже идя по коридорам, я старалась наслаждаться вечером и рассматривала замок, по которому меня вели.
Тут оказалось очень просторно, словно каждая комната была рассчитана и на драконов. Высокие потолки, с большими, на всю стену, панорамными окнами и не менее большими террасами за ними.
Столовая меня тоже не разочаровала: это было огромное помещение с зеркальным полом черного цвета и светло-серыми стенами, которые сейчас украшало множество живых цветов, создавая ощущение сада.
За столом сидело только шестеро человек, вернее, три нага и три дракона. При нашем появлении они все вместе поднялись из-за стола. Настороженность, беспокойство и море нежности и восхищения читалось в их взглядах.
Наги, как и мои котики, тоже очень осунулись, и было видно, как они посерели с последней нашей встречи.
– Дорогая, позволь тебе представить моих названых братьев и глав драконов, – Фарго забрал мою руку у Алана и сам повел к своим собратьям. Было видно, как он счастлив и как ему не терпится меня с ними познакомить.
Змейки, которые так и остались стоять неподвижно, застыли в нерешительности – подходить им или нет.
А я уже перевела глаза на драконов. Конечно, в своей человеческой форме они мне не представлялись драконами, все же не увижу – не поверю, но вот зрачки, так же как у Фарго, время от времени меняли свою форму. Тогда Фарго объяснил, что так делает зверь, желая тоже выйти наружу и познакомиться наравне с человеком.
– Это водный дракон, Белир са Оксон, – тот очень галантно, не переставая смотреть в мои глаза и улыбаться, поднял мою руку к губам и, едва касаясь, поцеловал.
– Я рад нашему знакомству, дитя другого мира и принятая этим, благословленная Богиней.
Меня немного смутило, что они знают слишком много, ведь когда я рассказывала о себе дракону, я практически делилась с добрым псом, который только и может, что дать лапу или лизнуть в нос.
– И мне приятно познакомиться, меня зовут Мари, и я рада увидеть еще одного представителя такого восхитительного народа, как драконы.
Он очень тепло улыбнулся и нехотя отпустил мою руку, продолжая ласкать своими невообразимо синими глазами – они просто утягивали в свои глубины, где можно было найти покой и умиротворение. Светлые, почти пшеничные волосы добавляли его облику чистоты и беззаботности, но ум и прозорливость в глазах не давали забыть о силе и опыте прожитых лет.
Он был словно гавань, в которую наконец вернулся потрепанный после бури кораблик, с ним хотелось плыть по течению, наслаждаясь всей прелестью теплой воды. Как и Фарго, он сейчас был одет в строгий костюм, чем-то напоминающий официальные костюмы барсов, такие же темные и подчеркнуто строгие. Только вот у барсов все же можно было различить рельеф мышц, как бы они ни прятались за тканью. А вот у драконов телосложение было немного даже худощавым, они больше походили на парней, быстро вытянувшихся в подростковом периоде, чем на грозных мужчин, таких как барсы. О нагах я бы вообще промолчала, они были по сравнению со всеми слишком большими и брутальными мужчинами.
Вот и сейчас, смотря на Белира, я невольно сравнивала его и с барсами, и с нагами – жаль, что эльфов толком не удалось увидеть, все же о них мне много рассказывали, и было любопытно рассмотреть все четыре народа этого мира.
Еще у Белира под укороченным пиджаком виднелась жилетка более светлого оттенка, контрастирующая с темным цветом всего костюма. Он был подтянутым, жилистым, с немного заостренными чертами лица, но очень красивым, словно его создавали сами боги. На него хотелось смотреть, его интересно было изучать, а голос так и манил его слушать.
