— Откуда ты узнал про это место? – нахмурилась я, пытаясь разглядеть на лице Ивана следы узнавания. Мне показалось, что он слегка изменился с нашей последней встречи. Меньше холодности, уверенности в своей правоте. В глазах появились нотки тревоги и, может, смущения, вины. Он окинул нас грустным взглядом и тихо ответил:
— Вы мне снились. Все четверо. И эта станция. С того дня, как ты заявилась в мой кабинет и ошарашила безумными словами, будто мы знакомы, я стал видеть сны. Поначалу неясные, обрывочные. Я не понимал, что происходит. Потом сновидения стали отчетливее, и я увидел ваши лица, и эту станцию, только облезлую, неказистую. И кабинет, в центре которого стояло какое-то незнакомое устройство. А потом мне приснилось, что я умер.
Он замолчал, и мне вдруг стало жаль его. Я подошла и положила руку ему на плечо. Он машинально накрыл ее своей ладонью. К горлу подступил комок старых, невыплаканных слез. Я еле сдержалась.
— Я тоже видела сны, — воскликнула Кристи. – А еще я принесла карту памяти, которую ты дала мне тогда в кафе. Предлагаю всем вместе посмотреть запись. Может так нам будет легче вспомнить, что было.
— Не возражаю, — ответил Сэм. Он снял кепку и положил на стол.
Люк с упреком посмотрел на меня и сказал:
— Когда я встретил вас в институте год назад, вы уже знали меня.
Я кивнула. Он облизал губы, глубоко вздохнул и продолжил:
– Мне снилась незнакомая квартира. Рядом со мной стояла Элис, моя жена. У нее на руках была наша маленькая дочь Миранда. Трое черных держали в руках пистолеты и целились в нас. Один выстрелил мне в грудь, и я умер, — его голос дрожал, будто он вновь переживал это.
Воспоминания о последних днях на Конечной хлынули ледяным дождем. До сего момента я не знала, что произошло с Люком и его семьей.
— Люк, мы понятия не имели, что с тобой случилось, — заговорила я, будто оправдываясь. – Ты ушел со станции, чтобы позаботиться о родных, и пропал. А потом нас окружила банда Гилроя, и мне пришлось сесть в Машину и отправиться в прошлое.
Кристи внимательно посмотрела на Люка и заговорила:
— Мне снилось, что я и он, — она указала на Сэма, — были в этой комнате. Все здесь было не так, как сейчас. Здесь стояли компьютеры, очень мощные. А в центре высилось сложное устройство под названием Машина. Я помню, как исправляла невероятно трудный код, а Иван стоял рядом и подшучивал надо мной. Все было так ярко и правдиво, как наяву.
Она остановилась, выдохнула. Теперь она уже не походила на веселую и благополучную девочку из богатого предместья. Будто сны—воспоминания сдернули блестящую обертку и обнажили ее истинную жизнь. Это была наша Кристи, изгой, терзаемый страхами, сомнениями, придавленный тяжелым грузом личного горя.
— В другой раз мы были здесь вдвоем с Сэмом, — продолжила Кристи. – Я сильно нервничала, прямо руки дрожали. Кажется, мы только что запустили Машину и отправили тебя, Аня, в прошлое. Нам было страшно, тревожно. Мы чего-то боялись. Потом раздался шум, мы выскочили на лестницу и увидели, что взрыв разнес на куски входную дверь. Ворвались люди с автоматами. Я бросила гранату, потом стреляла, а Сэм что-то делал с Машиной. Потом была яркая вспышка, и все пропало.
На глазах Кристи проступили слезы, голос сорвался, она отвернулась и заплакала.
— Я догадалась, что вы погибли, когда Машина выбросила меня в лаборатории Сэма, а не на Конечной. И поняла, что могу вернуть вас лишь, если убью Буллсмита, — сказала я. Не в силах сдержаться, я разрыдалась вслед за Кристи. Какое-то время все молчали. Лишь слышалось наше горестное всхлипывание. Я первой пришла в себя, вынула из сумки пачку салфеток, половину отдала Кристи. Иван посмотрел на меня, его рот иронично скривился, совсем, как раньше.
— Так вот кто убил Буллсмита! – заявил он. – Я читал протоколы того старого дела. Восемь лет назад полицейские проследили убийцу до площади, а потом след пропал. Не могу поверить, что ты прибыла из будущего, чтобы застрелить этого урода.
Я молчала. Иван больше не мой любовник. Он – муж Сары, к тому же детектив полиции. Вдруг он пожелает воспользоваться моим признанием, чтобы упечь меня в тюрьму?
— Первоначально это ты должен был отправиться в прошлое и прикончить Буллсмита, — осторожно начала я. — Но у тебя не вышло. Поэтому отправили меня.
Я смотрела на Ивана и хотела угадать, о чем он думает. Пытается поверить в то, что здесь слышит или боится узнать, что все, что ему известно о прошлой жизни – ложь, выдумка Машины, а реальные воспоминания скрыты где-то в памяти, так глубоко, что не отыскать?
— Ты же не собираешься арестовывать Аню! – возмутилась Кристи. Я улыбнулась.
— Вряд ли он пойдет на это. Придется рассказать о Машине и о прыжке в прошлое.
— Я не сдам тебя властям, — усмехнулся Иван. – Буллсмит был мерзавцем. В годы войны он вовсю торговал украденным с военных баз оружием. Нажил целое состояние на таких сделках.
— Какой негодяй! – воскликнула Кристи. – А в учебниках по новейшей истории его называют прогрессивным политиком и одним из основателей Хоупфул-Сити. Вот и верь потом тому, что пишут в книгах.