Ольда узнала о возвращении племянника не сразу. Они с Лирикой уезжали в родное селение пастушки. Там всё было хорошо. Отец девочки выгодно продал один изумруд, привезённый дедушкой. На вырученные деньги купили мельницу, конюшню, выстроили просторный дом и собирались отправить братьев на учёбу в ближайший город. Никто из односельчан не узнавал Лирику. Она заметно подросла за прошедший год, и в купленных опекуншей нарядах выглядела совсем как знатная дама. Родственники боялись прикоснуться к ней и смущались, когда она хотела кого-либо расцеловать. Отец благодарил дочь, будто она благодетельница, щедро одарившая его семью. Лирику огорчил такой приём, хотя и приятно было сознавать, что родные выбрались из бедности, братья выучатся – один на лекаря, другой на учителя, младший немного подрастёт и тоже выберет себе занятие. Приятое впечатление от путешествия сменилось тревогой за жизнь Виолета. Ольда спешила навестить племянника, Лирика уговорила взять её с собой. Она познакомилась с принцем во время плавания из Драконьего Чрева в Полонию. Красивый приветливый молодой человек был добр к ней. Расспрашивал о житье в долине, хвалил за ценные находки, удивлялся, как это простая девчушка смогла сделать такие важные открытия. Люди посещали Драконье Чрево годами, даже добывали там строительный камень, и не замечали богатств, лежащих неподалёку.
Ольда словно ураган ворвалась в спальню принца. Пробежав по комнате, она принялась раздвигать шторы, открывать окна. Духота, сумрак – здесь кто угодно заболеет. Рузализия отвела её в сторону и стала что-то нашёптывать. Лирика, оказавшись одна у постели принца, наклонилась над ним. Девочка внимательно рассматривала обескровленное лицо, что-то напряжённо вспоминая, затем глубоко втянула воздух и провела пальцами по лбу больного. Виолет открыл глаза и, присмотревшись к склонённому над ним лицу, сказал:
– Фея Пленительной долины?
– Смертью не пахнет, – отозвалась девочка и поцеловала лоб принца, Виолет улыбнулся. Это была первая улыбка со времени расставания с Ильбертой.
– Ты знаешь, как пахнет смерть?
– Да. Я часто ходила с бабушкой к умирающим.
– Зачем?
– Она лечила травами, а я помогала ей.
– Может, ты и меня вылечишь? – опять улыбнулся принц.
– Я знаю траву, которая вернёт желание жить, – серьёзно ответила Лирика.
– Надеюсь на тебя, фея, – принц закрыл глаза, но улыбка всё ещё играла на его лице.
– Его высочество разрешил мне помочь ему, – сказала девушка августейшим особам.
– Как ты собираешься помочь? – удивилась королева.
– Это возможно? – заволновалась Ольда.
– Раз принц до сих пор не умер, значит, действие яда остановлено, но сила жизни пропала, так бывает, когда человек потерял надежду.
– Как можно вернуть надежду? – пожала плечами мать больного.
– Это не трудно. – Лирика провела по волосам принца, тот снова слабо улыбнулся. – Видите, он улыбается, значит, всё не так страшно. Есть одна трава, по-нашему «зовунья», надо найти её, заваривать, настаивать, а потом давать больному. Сначала чуть-чуть, потом больше, больше и снова меньше. За месяц принц поправится.
– Мальчик мой, – обратилась Рузализия к Виолету, тот открыл глаза, – Ты слышишь?… Сегодня улыбаешься…
– Она смешная… хочет спасти меня.
– Позволить? – наклонилась к уху сына королева. Последовал кивок. Королева обернулась к девочке: – Хорошо, Лирика, принесёшь «зовунью». Придворный лекарь посмотрит, что это за растение.
На следующий день Ольда поехала со своей подопечной в лес. Пастушка могла справиться одна, но тётя хотела участвовать в спасении племянника, она почему-то верила в успех. Экипаж остановился около лесного болотца. Лирика отыскала нужную траву и набрала внушительную охапку. Несколько веточек отослали придворному лекарю, остальными девушка занялась дома. Ольда наблюдала за её действиями. Веточки сначала вялились, потом Лирика заворачивала их в тряпицы, била скалкой, оставляла на время, затем разворачивала и досушивала в темноте. Наконец она приготовила настой и привезла его во дворец. За это время лекарь изучил траву и объявил, что вреда она больному не причинит, но поможет ли, не известно. Настой он тоже посмотрел, даже попробовал, но лишь пожал плечами. Если господам угодно, пусть тешатся, он с такими лекарствами не знаком. Потянулись дни лечения. Лирика два раза в день приходила во дворец. Сначала она давала больному настой по маленькому глоточку, затем прибавляла, вот уже ложка, затем полчашки. Когда однажды утром принц выпил чашку, девушка объявила, что пришла пора подниматься с постели. Виолет, которого слуги обкладывали подушками, чтобы он немного поел, а затем снова помогали лечь, не представлял, как сможет обойтись без их помощи. Лирика не слушала возражений. Она подсунула свою тоненькую руку под плечи принца и стала его приподнимать. Принц чувствовал неловкость оттого, что хрупкое создание пытается сдвинуть его с места, уцепился за край кровати и подтянулся. Общими усилиями они привели тело Виолета в сидячее положение, но девушка на этом не успокоилась:
– Спускайте ноги! Так. Хорошо. Теперь встаём!
