Пытаясь создать новую волну, они упустили время. Раздался сигнал. Спутник Эс развернулся к флоту и обстрелял своего неприятеля.
Флот попал под непрекращающийся град мощных плазменных ракет. Защитные поля кораблей лопались как пузыри. Проливной огонь унес за собой сначала всех истребителей. Раздались тревожные взрывы – это были уже крейсеры, лишенные своей последней защиты.
Корабли взрывались один за другим, даже крейсерам малой вместимости не удалось скрыться с поля боя.
Их флот был разгромлен подчистую. Изображение тут же исчезло, и на черном экране высветилось надпись – "Игра окончена. Миссия провалена"…
Их отключили от симуляции. Снова это неприятное ощущение – железная рука сдавила за горло и с силой выдернула из виртуального мира. Головокружительный бросок в одну секунду перенес их через всю вселенную обратно в эту серую комнату.
Мэй осмотрелась. Тусклый свет обрывками освещал помещение лаборатории, где до омерзения был знаком каждый сантиметр. Все тело ныло, голова раскалывалась и казалась несоразмерно тяжёлой под весом всего одной тонкой ленты.
Каждая такая тренировка высасывала из них все жизненные соки, мышцы болели как после тяжелых физических нагрузок. И каждый раз после окончания сеанса нужно было найти в себе силы подняться и двигать ногами.
Уже на автоматизме, чтобы быстрее прийти в себя, Мэй потерла уставшие глаза и потянулась, насколько ей позволило небольшое пространство кресла.
Слева от нее Айн уже медленно поднималась с сидения, справа Хок в полулежащем положении разминал затекшие мышцы. От Лам растекалось сильное чувство усталости. Она лежала неподвижно с закрытыми глазами.
Из всех четверых она была самой молодой, и ей тяжелее остальных давались такие тренировки. Айн же, напротив, быстрее остальных приходила в себя. Она помогла подняться Лам и аккуратно, поддерживая за руку, направилась вместе с ней к выходу.
Хок тоже не медлил. Потирая голову, он направился вслед за ними. Перед выходом он обернулся и на секунду бросил взгляд на Мэй – красная молния пролетела и в мгновение растаяла, оставляя неприятный след. «Через пять часов», – пронеслось в голове Мэй, и Хок скрылся за дверной панелью.
«Хорошо», – мысленно ответила она.
Сняв с головы давящую ленту с датчиками, она неспешно встала на дрожащие ноги. Краем глаза она посмотрела на профессора. Он сидел за своей консолью, закрыв лицо руками. Без всякого сожаления Мэй отметила про себя, как сильно он был подавлен. Созданная им компьютерная миссия должна была оценить уровень их подготовки в полной мере. Все его труды оказались тщетными. Миссию они успешно провалили, и он знал, что это было сделано нарочно. Сейчас его терзали мысли о том, как теперь он будет оправдываться перед Адмиралом гахрокского флота, и какое изощрённое наказание его ждет.
Переставляя непослушные ноги, она вышла из лаборатории и пошла к своей каюте. Спальни находились сразу за поворотом. Нащупав на стене панель, открывающую дверь каюты, Мэй слегка надавила на нее и прошла в узкую унылую комнатушку. Стоящая напротив входа кровать как магнит притягивала к себе все, что плохо стоит и шатается. Она рухнула на ее, как падает марионетка, которой обрезают веревки. Из последних сил она нащупала лежащий на тумбочке мягкий обруч-защиту, надела на голову и тут же провалилась в глубокий сон.
И снова никаких сновидений. Казалось, она только что закрыла глаза и уже через секунду их открыла, хотя прошло уже достаточно времени.
Она обнаружила себя в той же позе, в какой уснула. Перевернувшись на спину и подложив руки под голову, она позволила себе полежать еще немного. Девушка поднесла руку к лицу и просмотрела данные на своём браслете. Время, проведённое во сне, составляло четыре часа двадцать шесть минут. Он также показал состояние её здоровья: пульс, давление, температуру тела и даже содержание минеральных веществ в крови. Как всегда, уровень кальция в организме был намного ниже нормы, но Мэй уже не придавала этому значения. Она отключила циферблат и сняла браслет.
Рядом за стеной находились каюты ее товарищей. Мэй мысленно отправила зонд, чтобы узнать, как у них дела. Лам не отвечала на ее призыв, наверное, она все еще крепко спала. Хок уже проснулся, а в комнате Айн Мэй натолкнулась на мысленный барьер. Айн не любила общаться таким способом и воздвигала его постоянно. Спит ли она или уже бодрствует, определить было невозможно. Но через какое-то время Мэй услышала от нее ответ: «Через полчаса буду готова».
«Встречаемся также на камбузе», – ответила Мэй.
Окончательно проснувшись, Мэй с удовольствием вытянулась на кровати, приятно осознавая, что тело хорошо отдохнуло и беспрекословно подчиняется любым командам.
