Девушка посмотрела на свое отражение. На нее смотрело худое лицо с излишне светлой и нежной кожей, медно-золотистые пряди тонких волос торчали в стороны. Темно-синие, почти черные глаза не внушали ни капли страха, как это было свойственно гахрокским офицерам. У нее имелись уникальные способности, которые не могли приносить вред людям, ее умение пилотирования оценивалось выше среднего. Других боевых навыков у нее не было. Могла ли она быть в прошлом с такими показателями гахрокским военачальником? Маловероятно.
Подвергли ли их такой чистке насильно? Это выглядело более правдоподобным.
Человеку, лишенному памяти, можно втереть любую чушь про его происхождение, и бывших врагов сделать своими союзниками. Никто из медиумов не хотел верить тому, что ранее они служили гахрокскому Адмиралу. Однако они не были уверены в этом на все сто процентов, и это терзало их ещё больше.
Пора было выдвигаться. Да и неприятное сосущее ощущение в желудке давало понять, что неплохо было бы перекусить.
Волосы уже почти совсем высохли и стали топорщиться еще больше. У всех четверых медиумов волосы были коротко подстрижены, а за время пребывания на корабле прилично отросли. Сейчас Мэй уже могла собрать их в маленький хвост. Здорово, наверно, иметь длинные волосы. Они бы уже так не торчали, их можно заплести в длинную косу и связать узлом. Ей было бы очень к лицу, и Мэй решила, что будет отращивать их.
Застегнув на запястье браслет, Мэй вышла из каюты и отправилась на камбуз. Она чувствовала, что остальные уже были там. Отправив зонд дальше, она определила местонахождение других членов экипажа. Профессор был у себя в лаборатории, его помощник Нэтски был в машинном отсеке. Она видела механика всего пару раз, но так и не заговорила с ним. Из-за постоянной занятости он почти не поднимался на верхние палубы, только Хоку удалось пообщаться с ним.
Рачерс был самой скользкой и темной личностью среди всех. Он никогда не выползал из своего убежища, но его присутствие на корабле ощущалось сильнее остальных. В данный момент он, как всегда, был со своими ботами у себя на наблюдательном посту.
На камбузе было тихо и спокойно. Там были только они одни, если не считать несколько ботов, следящих за порядком. Лам и Айн сидели за столом, в их подносах остывала густая питательная масса. Айн уже доедала свою порцию, а Лам ковырялась столовым прибором в еде, словно в поднос положили ком грязи. Хотя по вкусу они ничем не отличались. Хок стоял поодаль напротив иллюминатора, допивая из банки энергетический коктейль.
Мэй подошла к автомату, и он выдал ей наполненный пищей поднос. Она содержала в себе много питательных веществ и надолго заряжала энергией. К дополнению к пище шел такой же безвкусный и суперполезный коктейль.
Айн тоже встала с намерением положить себе добавки.
– Мне, пожалуйста, мясные отбивные, на гарнир отварные овощи и кружку горячего тииса, – вслух сказала она и широко улыбнулась. Конечно же, заказ ее не был исполнен, и на поднос упала очередная порция бесформенной массы и банка напитка.
Лам прыснула и чуть не подавилась от смеха. Мэй тоже не удержалась от улыбки. Хок делал вид, что ничего не произошло, и продолжал осушать банку. Прокашлявшись, Лам дальше продолжила хихикать, ее бледное лицо зарделось красным румянцем.
Девочка была невысокого роста и по возрасту казалась младше всех. Почти совсем еще подросток с неокрепшей психикой, непривычно было видеть ее здесь на космическом корабле и, тем более, невозможно было представить, что в прошлом она служила Адмиралу Гахра. Короткие светлые волосы блестели как серебро и в свете ламп отливали голубым. Лицо неестественно бледное и немного округлое. Взгляд ее был по-детски наивен, в огромных бледно-серых глазах скрывался необъяснимый испуг. Чаще всего она вела себя очень тихо, только изредка, как сейчас, ее можно было увидеть приободренной.
Айн была полной противоположностью. Высокая, рослая и стройная, с мерцающим насыщенным загаром. Ярко-зеленые раскосые глаза с хитрецой всегда улыбались, с лица не сходила веселая ухмылка. Длинный, но аккуратный нос, белоснежные зубы и изящный изгиб губ делали ее лицо по-особому красивым. Шапка пышных темных волос завершала идеальный образ девушки. Но, несмотря на свою показную откровенность, внутренне она часто замыкалась и ставила непробиваемые мысленные стены.
Мэй посмотрела на Хока. Он по-прежнему смотрел куда-то вдаль за стеклом, лицо его не выражало никаких эмоций. Ростом он был выше Айн, кожа чуть светлее. Под слегка вьющимися прядями отросших чёрных волос скрывались густые четкие брови и большие выразительные глаза. Смотреть в них было почти невозможно – радужная оболочка глаз была ярко-красного, почти кровавого цвета. В тяжелом взгляде Хока заключалось столько силы, что у человека, на которого он смотрел, возникали необъяснимые головные боли. Никто не осмеливался смотреть ему в лицо, и ему приходилось держаться ото всех в стороне, не поднимая лишний раз глаза.
