Рачерс смог приподняться и сесть. Кожа у него была почти такая же бледная, как у Лам, светлые волосы редели, а злые глаза смотрели на всех с презрением.
– Бесполезно давать мне приказы. Я отправил за подмогой, и скоро сюда прибудет отряд зачистки. Они разнесут всю станцию, и я умру вместе с вами, – Рачерс злобно рассмеялся.
– Заткнись! – сказала Айн и сверкнула глазами.
Рачерс захлопнул рот и, как не пытался, открыть его не смог.
Мэй осторожно подошла к нему ближе. Она долго вглядывалась в его ледяные глаза, пытаясь что-то за ними прочитать. В них она увидела сначала негодование, потом замешательство. Они хотели сказать что-то важное, но молчали.
«Айн, допроси его».
Айн повернулась к ней.
«Да ничего он не знает, от него никакого толку».
Мэй покачала головой.
«Ему есть, что скрывать. Я это чувствую».
Айн сжала зубы и посмотрела на пленника.
– У нас есть несколько вопросов к тебе. Давай, выкладывай все, что знаешь. Кто ты есть, и что приказал тебе Джалэмос?
Рачерс не мог отвести взгляд в сторону. Он задергался, пытаясь освободить руки.
– Не ерзай, сиди смирно и отвечай на вопросы! – скомандовала Айн. – Или ты хочешь, чтобы тебя допрашивал Хок?
Рачерс испуганно посмотрел в сторону Хока. Он по-прежнему сидел в той же позе, только голова была приподнята, глаза хищно блеснули под прядью растрепанных волос. Гахрокс сглотнул.
– Я Рачерс из клана Баджо, – начал он, – я капитан четвертой эскадры Второй армии и бывший второй помощник Адмирала флота Альянса Джалэмоса. Мои войска участвовали почти во всех захватнических операциях, во многих были одержаны победы. За боевые заслуги был награжден многими почетными орденами, в том числе и от самого Адмирала флота…
Он запнулся. Было видно, что он борется с собой, но ничего не мог поделать, слова лились сами по себе.
– Моей последней задачей было следить за группой молодых воинов, которых Джалэмос нанял.
– Нанял добровольно или принудительно? – уточнила Мэй.
– Не знаю… Мне было известно только то, что вы были направлены профессору Даасану для отработки ваших способностей. Вы являетесь ценными медиумами, и меня приставили к вам в качестве охранника как самого компетентного офицера.
– А известно ли тебе, почему нам стерли память? Что Джалэмос хотел скрыть от нас?
– Нет. Приказы Адмирала флота не обсуждаются. Дали миссию – выполняй её, не задавая лишних вопросов. Мне было все равно, кто вы и что дальше с вами будут делать. Вы – всего лишь ценное оружие, которое я должен сопровождать, – Рачерс смог закрыть глаза. – Я свою миссию провалил, я подвел своего Адмирала.
В его голосе отчётливо слышались отчаяние и обречённость. И было еще что-то.
«Все, что он сказал, правда. Ему действительно ничего о нас не известно. Но он все еще что-то знает…»
«Мэй, допрашивать его нет больше смысла».
Мэй не слушала Айн. Она искала, за что можно уцепиться.
– Где сейчас находится Вторая армия?
Беспокойство охватило Рачерса, глаза его забегали.
– Больше я ничего не скажу. И делайте со мной, что хотите. Лучше сразу убейте. Все равно Джалэмос прикончит меня.
– Говори, где находится твоя армия? И почему тебя разжаловали до капитана? Ты провалил какую-то миссию?
Рачерс уставился в пол. Для него лучше находиться под дулом пистолета, чем снова испытывать ту боль.
– Скажу только, что до этого я был на планете Илис.
– Илис?! – воскликнула Лам. – Что ты знаешь про нее? Что ты там делал?
Рачерс сжал зубы и бросил ей в лицо:
– Не знаю… Я не помню!
Мэй с удивлением уставилась на Рачерса. Он не врал, он действительно ничего не помнит про Илис. Неужели и ему тоже подчистили воспоминания? Почему?
Игра, задуманная Джалэмосом, принимает все новые обороты. Он смог предвидеть то, что они сбегут, и преднамеренно подчистил память своему помощнику. Адмирал флота боялся, что он мог проболтаться и сказать что-то действительно важное для них.
«Нужно копнуть поглубже. Айн, Хок, помогите мне».
«И как ты собралась допрашивать его, если он ничего не помнит?»
«Я попробую залезть в его подсознание. Ведь ему же не все воспоминания удалили, а только часть. Может, мне удастся найти кое-что».
Она еще раз посмотрела на Рачерса. Взгляды их встретились. Внутри него притаилось леденящее отчуждение. И что-то скрывалось за этим нарочито серьезным видом. Вот его глаза расширились, и Мэй почувствовала сильное удивление.
– Я тебя знаю…
Мэй едва услышала этот шёпот. Но смысл этих слов дошел до нее позже и поразил до глубины души.
– Ты… ты меня знаешь?
Теперь и остальные это услышали. Мэй отгородила себя от всеобщего удивления, сосредоточив мысли на Рачерсе.
– Кто я?
Рачерс смотрел на нее, не отрываясь. Чем дольше она смотрела на него, тем больше он притягивал ее внимание. Он хотел что-то сказать, но не мог – подтертая память подводила его. Рачерс замер с приоткрытым ртом, губы его шевелились.
– Знаю…
Он внезапно дернулся в сторону Айн. Освободившейся рукой он схватил дуло винтовки Айн и потянул на себя. Другим локтем он ударил ее по лицу, потом по животу. Та ахнула и, пропустив ещё один удар по ногам, упала навзничь без движения.
