— К сожалению… Владимиров должен быть арестован. Я приказал вести расследование.
Генерал Брадов заметил, что офицеры слышат их разговор.
— Вы свободны, господа! — повернулся он в их сторону. Дождавшись, когда они уйдут, продолжил: — Мы доверяем фельдфебелю Владимирову. Он сотрудник нашей разведки.
— Вам не повредит, господин генерал, если и мы будем верить ему: он делал немалые услуги и нам, — заметил полковник Никол. — Почему бы ему не служить третьему хозяину?
Генерал Брадов понял — полковник намекал на возможную связь Владимирова с советской разведкой.
— Мне хотелось бы побеседовать с ним и еще… — полковник посмотрел в записную книжку, — с кандидатом в офицеры Златановым.
— Златанов плохой собеседник, он упрямо отрицает свою победу.
— Его победа не интересует меня, генерал. Меня интересуют наши потери, — резко сказал Никол.
Когда фельдфебелю Владимирову передали приказ явиться к немецкому полковнику Николу, он удивился. Владимиров знал роль Никола в немецкой разведке. «Неужели он лично хочет дать мне задание?» — гадал фельдфебель. Это предположение радовало и огорчало его.
В кабинете его встретили холодные, проницательные глаза Никола. Присутствие генерала Брадова окончательно сбило Владимирова с толку.
— Фельдфебель Владимиров! Почему вы отклонились от курса в последнем вылете с кандидатом в офицеры Златановым? — с места в карьер спросил полковник.
— Я не понимаю вашего вопроса, господин полковник. Никол посмотрел на него еще строже.
— Проанализировав ваш полет, мы пришли к заключению, что вы преследовали иную цель, а именно: вы не стремились встретиться с советским самолетом. — Выждав с минуту, Никол добавил: — Я очень легко могу доказать это.
— Вы обижаете меня, господин полковник. У меня не было другой цели.
— Тогда чем же объяснить ваше поведение? — наступал полковник. — Вы отстаете от ведущего, прячетесь в облаках и наконец, заблудившись, садитесь на наш аэродром… Что вы скажете на это?
— Здесь нет ничего необычного, господин полковник. По вашей инструкции я могу всегда приземлиться на немецком аэродроме, если обстоятельства складываются так.
— Вы запутали наших операторов. По вашей вине мы потеряли два самолета.
— Господин полковник! Меня вел Златанов, он нырнул в облако, где мы неминуемо могли столкнуться. Чтобы избежать катастрофы, я отстал, а потом… Я уже объяснял вам, что было потом.
Никол испытующе смотрел ему в глаза.
— Ваше турне в облаках не кажется нам невинной прогулкой, фельдфебель Владимиров! Вы преследовали цель помочь советскому самолету!
— Вся моя деятельность известна вам, господин полковник. Мне тяжело слышать ваши обвинения! — возразил Владимиров.
— С какой же целью Златанов пошел в облака?
— Жажда славы…
Полковник непонимающе посмотрел на Владимирова.
— Он хотел победы один, без меня, — объяснял фельдфебель. — Я готов, господин полковник, если вы мне доверяете, выполнить любое ваше задание. Я хочу развеять ваши подозрения.
Полковник Никол победоносно улыбнулся и посмотрел в сторону генерала Брадова, который сочувствовал Владимирову, но предпочитал не ввязываться в разговор.
— Мы ценим ваши заслуги, — более спокойно сказал полковник. — Но в ваших же интересах, чтобы вам по-прежнему доверяли. Не правда ли? — обратился еще раз к генералу Никол. Генерал выразил согласие еле заметным кивком головы. — Скажите откровенно, Владимиров, что могло случиться с нашими истребителями?
— Еще на аэродроме, у вас, я высказал предположение: они столкнулись в облаках…
В кабинет вошел Златанов. Его не пригласили сразу сесть, и он, стоя у порога, слышал обрывки ответа Владимирова.
— Садитесь, — предложил ему генерал, когда Владимиров замолчал.
Все это время Владимиров стоял перед полковником по стойке «смирно» и отвечал на его вопросы.
— Вы же офицер, — продолжал генерал, настаивая на том, чтобы Златанов сел. Он говорил с нескрываемой иронией.
— В бою с русским разведчиком мы потеряли два истребителя. Что вы можете сказать по этому вопросу, господин Златанов? — обратился к нему полковник.
Горан не спешил с ответом. Ему была непонятна цель этого вопроса. Присутствие Владимирова насторожило его.
— Я считаю своим долгом говорить то, что я думаю. Позволите?
Полковник Никол кивнул головой.
— Первая причина — слабая подготовка ваших летчиков. — Генерал Брадов побледнел. Никол продолжал слушать. — Ваши старые летчики были настоящие асы. Они принесли славу вашей авиации. Но большинство из них погибли на Восточном фронте.
— Не увлекайтесь, кандидат! — остановил его полковник, еле сдерживая свой гнев. — Говорите по существу. Вам известно, как вел себя в воздухе Владимиров? Знаете ли вы, что он дезориентировал наши локаторы? Что это — саботаж? — Горан пытался разгадать, куда клонит немец. — Почему вы молчите? — теряя терпение, крикнул Никол.
— Мое мнение не совпадает с вашим, господин полковник, а я хотел говорить правду. Если вы настаиваете… — Горан помолчал.
— Говорите! — приказал полковник.
