— Вот мой красавец! — восторженно показывал свой самолет Анатолий. На фюзеляже звездами были отмечены десять побед. — А в воздухе он еще красивее. Ты побудь здесь, а я пойду к командиру, похлопочу, чтобы тебя приписали к нашему полку. Кононов, — обратился он к технику, — вот тебе помощник. Проэкзаменуй его для начала. За неуспехи ученика, по-моему, несет ответственность учитель? — пошутил Анатолий. — Если что, то и тебе двойку…
— А если пятерку? — весело заметил техник.
Два «яка» возвращались с задания. Анатолий прислушался к шуму моторов и услышал гул еще одного.
— «Мессершмитт-109» летит! — определил Горан. Так и есть, из облаков показался «мессершмитт», сопровождаемый двумя «яками».
— Смотри, сцапали! Ты, Горан, оставайся здесь, я все узнаю и расскажу тебе.
Пока Ме-109 не приземлился, «яки» оставались в воздухе. Дежурный офицер подошел с двумя солдатами к самолету. Летчик с немецкого самолета был доставлен к подполковнику Ефимову.
— Я болгарский летчик. Сбежал от немцев, — заявил пленный.
— Звание, имя?
— Фельдфебель Владимиров. Я хотел сесть на аэродроме в Божуриште, но ваши заставили меня сесть здесь. Я вернулся на родину. Прошу сообщить генералу Нанчеву о моем местонахождении.
Когда Анатолий рассказал обо всем Горану, тот не мог поверить.
— Вот подлец! — возмущался он. — Сбежал к немцам, а теперь, видите ли, на родину вернулся. Он враг, с ним надо быть осторожнее!
Горан думал о том, что заставило Владимирова вернуться. Советским истребителям он не оказал сопротивления. Анатолий считал необходимым сообщить командиру подробности о Владимирове. Разумеется, его послали в Болгарию с определенной целью…
Подполковник Ефимов только что доложил генералу Судину о случившемся, когда Анатолий пришел к нему и рассказал обо всем, что узнал от Горана.
— Откуда у вас такие подробности?
Анатолий покраснел.
— Простите, я должен был сначала рассказать о Горане.
Подполковник еще не забыл соревнования на аэродроме в Божуриште.
— Я полюбил его, как брата. Я верю ему. Он честный и смелый, — заявил Анатолий.
Подполковник вспомнил, как он вызвал Анатолия к себе и сообщил ему о смерти матери. Анатолий тогда молча вышел из кабинета. И сразу же вслед за этим объявили воздушную тревогу. В тот день Анатолий сбил два немецких истребителя.
— Пусть работает механиком, потом увидим, — после долгого молчания сказал Ефимов.
Анатолий ушел.
Перед штабом остановился черный «мерседес». Из машины вышел генерал Нанчев. Подполковник Ефимов встретил его, внимательно выслушал.
— Господин подполковник! Я лично хочу передать вам приказ нашего командования о том, чтобы летчику Владимирову было позволено перелететь в Божуриште.
— Без согласования с командованием не могу выполнить этого приказа, господин генерал.
— Вы правы, существует формальность. Генерал Судин не будет возражать против возвращения в ряды нашей авиации летчика-патриота. Он сбежал от немцев, — многозначительно добавил генерал.
— Пока что он наш пленный и должен соблюдать «формальность». Сейчас я доложу обо всем своему командованию. Постараюсь не задержать вас, господин генерал.
Приезд генерала Нанчева еще больше усиливал впечатление, что в перелете Владимирова есть что-то подозрительное. Разумеется, этот вопрос должны разрешить болгарские власти. Но если Владимиров прибыл со специальным заданием?
Нанчев внимательно слушал разговор Ефимова с генералом Судиным, стараясь понять, что отвечал ему генерал.
— Генерал Судин не возражает против того, чтобы Владимиров был передан вам. Завтра мы сообщим вам свое решение. Надеюсь, вы довольны, господин генерал?
Генерала Нанчева не вполне устраивал такой ответ, но он любезно поблагодарил Ефимова.
Подполковник Ефимов отдал распоряжение полковому инженеру внимательно осмотреть самолет, обыскать задержанного.
Инженер окончил осмотр, подполковник Ефимов подошел к нему, когда он уже собирался уходить.
— В самолете нет ничего подозрительного!
— В таком случае лучше сказать, что вы ничего не обнаружили.
Анатолий и Горан были неподалеку. Горан решился подойти к подполковнику. Он был в рабочей спецовке, и Ефимов не сразу узнал его.
— Товарищ подполковник, — обратился к нему Горан. — Я не сомневаюсь, что ваш инженер хорошо осмотрел машину. Но я знаю все уголки в этом самолете. Разрешите мне вместе с инженером еще раз осмотреть самолет.
Получив разрешение, Горан внимательно стал изучать самолет снаружи. Покопался в моторе. В кабине он что-то искал под приборной доской, осторожно ощупывал каждый винтик. Осмотрел сиденье, парашют, хвостовую часть — нигде ничего.
Его внимание привлекло сиденье. Ему показалось, что оно необычно приподнято. Попробовал регулирующее устройство — сиденье не поддавалось. Это его озадачило.
Инженер и Анатолий смотрели, как ловко и уверенно Горан орудовал ключами.
— Придется демонтировать, — обратился он к инженеру.
— Валяй! Под обшивкой ничего нет, — ответил ему инженер.
Разобрал сиденье — ничего. Но вот он увидел четыре небольших болтика на металлической поверхности, где крепилось сиденье. «А это для чего?» — подумал Горан и взял в руки ключ.
