Уверен, Императором недовольны очень многие. Слабый правитель, окруженный всесильными фаворитами, заключающий невыгодные договора и странные союзы во вред своей державе, кому он понравится? Да я и сам на него зол — новое торговое соглашение с Британской Империей и Францией чего стоят! Иностранцам предоставлены значительные налоговые льготы, а на государевых складах их торговые гильдии получают десятипроцентную скидку на дары Сибири — якобы как жест доброй воли и ради более успешной борьбы в войне с Священной Германской Империей… Войне, в которой воюем пока лишь мы!
И бог бы с остальным, чужой карман меня волнует мало… Но налоги на сибирских дворян, на чьих плечах во многом и держится треклятый Фронтир, теперь обязаны платить не тридцать пять, а все сорок пять процентов налога! На те самые десять процентов, скидку на которые сделаны нашим «союзникам»… У которых, между прочим, имеется доступ к своим собственным Разломам!!!
И потому я уверен — отвесивший Императору публичную пощечину Павел Александрович одним-единственным действием склонил симпатии очень многих аристократов страны на свою сторону… В смутные времена государству нужна твёрдая рука, и совладавший с армадами чудовищ и армиями нолдов силами трёх губерний — почитай, своими собственными — привлекал многих…
И я хочу своими глазами посмотреть, насколько многих. А так же разобраться в настроениях столичной знати, послушать что на эту тему скажут родичи по матери — тот же дед, пусть и был далеко не самым влиятельным чиновником, однако ж и последним человеком тоже не был и знать мог немало. Особенно теперь, когда Матвеевы серьёзно увеличили свой политический капитал — свой Архимаг, увеличение гвардии, весьма доходное предприятие в Сибири, которое наверняка уже успело принести первые доходы…
Да и чего греха таить — соскучился я по родичам, изрядно соскучился. По маме, сестренке, брату… Хотя они, наверное, сейчас в Москве — признаться, в последнее время я мало связывался с ними, даже письма читал вскользь, мельком. Непорядок, конечно…
Петроград встретил нас хмурым туманом, гулом множества поездов и шумной суетой гигантского мегаполиса, одного из огромнейших на планете. Выходя наружу, я с наслаждением, совсем не по аристократически потянулся, чувствуя хруст в позвоночнике. Эх, ну наконец! Несколько недель в доставшем до колик купе кого угодно измучат, и то, что ты древний и могущественный реинкарнатор на ситуацию, к несчастью, не влияет никак.
— А не съездить ли нам, Петька, к одному из моих добрых друзей? — озорно предложил я.
— Это к кому, учитель? — поинтересовался вертящий головой парень.
— К боярину Шувалову, Петя, — хмыкнул я. — А хотя нет… Скорее уж тогда к пройдохе Морозову. Вот уж кто должен знать все слухи, сплетни и даже вполне себе правдивые новости столицы! Не зря ж он в последнюю встречу настаивал, что бы я его навестил в Петрограде, верно?
А ещё мне нужен хотя бы относительно беспристрастный источник информации того, что творится средь боярского сословия. Чем там живут мои дражайшие родичи Шуйские, любимый дядя Леонид и его мелкий высерок, занявший моё законное место. И уверен, слухов и сплетен о последнем Морозов мне предоставит достаточно…
Разумеется, отправляться так вот сразу в дом боярина Морозова мы не стали. Гостиница «Алые Паруса», не самая лучшая, но определенно входящая в первую десятку самых дорогих в столице, встретила нас услужливыми поклонами швейцаров и вежливым мужчиной среднего возраста за стойкой регистрации.
— Любезнейший, нам бы два одноместных номера, — обратился я к нему. — Сроком на двое суток.
— В дворянском крыле? — поинтересовался, лучезарно улыбаясь, администратор… Ну или кто это там был.
— А есть различия? — удивился Петя.
Ну да, откуда парню знать… У нас, в Сибири, царил самый настоящий культ силы, обнаружить не мага при достаточных деньгах, дабы позволить себе заселиться в заведении подобного класса, было почти нереально. А вот в Петрограде с этим было проще…
— Крыло, предназначенное лишь для благородных сословий, стоит несколько дороже, — пояснил он.
На нас не было ни мундиров, ни других признаков того, что мы чародеи, а магическим даром обычный служка попросту не обладал, потому ощутить наши ауры не мог. Впрочем, явно не первый день работающий в заведении человек безошибочно понял, что перед ним дворяне… Однако так же безошибочно он раскусил и тот факт, что мы явные провинциалы.
— Сойдет любое, — покачал я головой. — Лишь бы имелся душ, чистая постель и пристойный вид из окон. Ах да — пока оформляете нам номера… Мне нужна бумага и письменные принадлежности, а так же человек, что потрудится немедленно доставить записку по нужному адресу.
— Не извольте беспокоиться, ваше благородие, — заверил меня мужчина. — Остап!
