— В моем мешке есть такое же, — сообщила она. — Мы не знали, где придется ночевать, и озаботились хоть какой-то подстилкой. Возьми — тебе оно сейчас нужнее.
— Перебьюсь, — отказался Эйкке: мало он, что ли, должен этой девице, чтобы еще добавлять? — Сейчас огонь разведу и обсохну. А тебе оно самой потом пригодится: где придется ночевать, мы так и не выяснили.
Касси озабоченно глянула на постепенно мельчающее озеро: вода текла дальше по ущелью, обнажая проделанный Ксандром проход на ту сторону обвала.
— Надеюсь, река не затопила жилище травницы и она не ушла с насиженного места, — высказала Касси свое беспокойство. — Не хотелось бы разыскивать ее по всем Южным полисам. Так у дорра Феана никаких украшений не хватит.
Эйкке бросил на нее непонимающий взгляд, однако Касси уже отвернулась к хрюкнувшему Ксандру, очевидно нашедшему в ее словах удачную шутку, и не соизволила пояснить.
Эйкке нахмурился и принялся собирать хворост, которым был весьма щедро усеян уступ. Ясно, что у Касси с ее товарищем могло быть полно секретов, которые не касались Эйкке. Неясно, почему его этот факт так задевал. Секреты и секреты — ему-то что? Доберутся до травницы, а там, даст Ойра, и распрощаются навсегда. Эйкке ждали такие дали, о каких эти двое и не подозревали! И он ничего так не желал, как поскорее отправиться в путь!
Огонь, однако, разводил Ксандр: в его сумке оказалась также какая-то чудная зажигалка, позволившая подпалить хворост с пары щелчков. Да, и голова, и руки у этого типа были на месте: не чета Эйкке. Уж он-то явно предвидел бы ловушку на Кассином буфете, а если и не предвидел, то сумел бы из нее выбраться без сторонней помощи.
Эйкке вспыхнул не хуже разгоревшегося костра и отвернулся от своих спутников, пока наблюдательная дорини Кассандра не заметила этого и не прицепилась с новыми вопросами.
Никогда в жизни ему не было так стыдно, как в те минуты, что Ксандр выставлял его, напортачившего и беспомощного, из дома подруги и грозил всяческими проблемами, если тот снова надумает нагрянуть к ней в гости.
Страха не было: хотели бы сдать его в полицию, давно бы сдали и не стали тратить силы на помощь. А вот стыд перехватывал горло так, что Эйкке даже слова в ответ сказать не мог и только дышал тяжело и неровно, забывая про боль в сломанной руке и с головой ныряя в раскаяние.
Как он додумался угрожать спящему мальцу, не только слабому, но, как позже оказалось, еще и глухому? От этой мысли и сейчас тошнило презрением к себе, а тогда сработали инстинкты: Эйкке слишком хорошо знал, что будет, если его поймают. Тюрьмой не отделается: обнаружат в нем вторую сущность и разделаются согласно местным зверским законам. А Эйкке покуда не имел права прощаться с жизнью: не выполнил еще своего обещания. Вот и бросился к Протею.
В одном не соврал: не причинил бы он ему вреда даже при худшем развитии ситуации. Все остальное было огромной ложью, и она тоже с каждым днем пытала все большими угрызениями совести, которых вроде и не должно было быть. В конце концов, Эйкке лишь использовал людей для того, чтобы исправить их же мерзости. Око за око — все честно? Почему же все сложнее становилось прямо смотреть в проницательные глаза Ксандра и взволнованные — дорини Кассандры? Дуреха — повелась на его слезливую историю о больной сестре и взялась ему помогать. Знала бы…
Глаза у нее все-таки были совершенно необыкновенного цвета. И вроде бы уж Эйкке-то должен был насмотреться на всякого рода разноцветье, но никогда еще не отводил взгляда с такой неохотой. А ведь в первый раз вообще едва заставил себя поднять глаза. Будь он проклят, этот стыд, выворачивающий душу наизнанку и не позволяющий спокойно делать свое дело! Люди, что заманивали драконов в ловушки, а потом калечили их в боях, явно не знали о его существовании! А вот для Эйкке боги не поскупились. Странные существа!
На плечи легло покрывало — кто бы сомневался, что Касси и не подумает считаться с его мнением!
— Ты спас Ксандра, — кротко сказала она, когда Эйкке обернулся с горячим намерением напомнить о своем отказе.
Он хмыкнул.
— Не находишь, что это была моя обязанность? — поинтересовался он, почему-то не стянув покрывало и не вернув его дорини Кассандре. Касси качнула головой.
— Не нахожу, — ответила она, слегка ошарашив. — Поэтому так благодарна тебе за мужество.
Нет, кажется, она снова все переворачивала с ног на голову.
Эйкке поднялся.
— Эй, ты еще помнишь, что это вы мне помогаете, а не наоборот? — с изрядной долей насмешки спросил он. Разговаривать по-другому с Кассандрой не получалось, только дерзить, делая вид, что он хозяин жизни. Иначе можно было снова утопнуть в угрызениях совести. О том, как прошло их знакомство, Эйкке не забудет до конца жизни.
— Разве это что-то меняет? — искренне удивилась Касси. — У тебя рука сломана и больная сестре на шее. Этих причин более чем достаточно, чтобы не рисковать собой.
