— Марина, — снова привлек мое внимание Макон. — Ты ведь знаешь, что твоя Лиза не была невинной. Сначала я очень удивился этому, но, кажется, у Гийлира просто не осталось выбора. Ведь в вашем мире просто нет смысла искать девственниц. И это не так уж плохо, должен признать. Это была горячая ночка, разве что мне пришлось прибегнуть к крепкой веревке, ты ведь понимаешь, о чем я, Марина?
Ветер швырнул в лицо дорожную пыль, а я смотрела на Макона, не в силах отвести глаза.
— И после… — выдавила я. — Ты доставил ее в Чертог…
— Да, — кивнул Старейшина. — Мне даже не пришлось ее связывать, ты ведь не понаслышке знаешь про обмороки из-за переизбытка магии? Так вот, я — обязательный проводник, в отличие от Эрика. Мне хватило одной ночи, чтобы как следует развлечься, а ему, похоже, нет. Я вернулся сразу же, как доставил твою Лизу в Чертог. Надеюсь, Сердце Стихий уже определило, кто ее истинный, и скоро армия королевы пополнится новым драконом. Давно пора доказать всяким сумасшедшим, что власть Трона непоколебима.
Макон перевел свой взгляд на Дорма, который жался позади неспокойных лошадей.
— Не смотри на него! — крикнул Эрик.
Ему следовало уточнить, кому именно, потому что и я, и Дорм в каком-то едином порыве тут же обернулись на этот резкий окрик.
Краем глаза я увидела вспышку — стальные глаза кремниевого дракона вспыхнули.
В тот же миг Эрик сбил меня с ног, повалив в дорожную пыль. Оглушительно заржали испуганные лошади, а земля подо мной задрожала из-за их стремительного галопа.
Судя по всему, мы все-таки потеряли наш единственный транспорт.
Поднятая лошадьми пыль тут же забилась в нос и горло, и я закашляла, одновременно с этим пытаясь утереть слезящиеся глаза. На нас обрушился порыв ветра, и он бы унес меня, как Эли в волшебную страну, если бы Эрик не вдавил меня в землю бетонной плитой.
Зато пыль моментально сдуло. Все еще кашляя, я тут же вскочила на ноги, игнорировав руку Эрика, и посмотрела, как там Дорм справился с непогодой без такого якоря, как буревестник.
Видавший виды плащ коротышки стал серым, а ярко-рыжие волосы утратили цвет. Это все пыль? А почему Дорм не двигается, не пытается отряхнуться? Почему не шевелится?
На негнущихся ногах я подошла ближе. И коснулась холодного камня, а не живого человека.
Раскат грома вдали за горизонтом походил на утробный звериный рык. Я медленно обернулся, глядя на Макона. Его стальные больше не источали жуткое сияние. При этом он улыбался.
И почему я сразу не подумала о том, какими способностями обладают драконы кремниевой стаи? И если Эрик умел управлять погодой, то вполне логично, что Макон обладал даром безжалостной медузы Горгоны. В самый раз для такого, как он.
Сбоку от нас ударила молния, а гром прокатился над нашими головами, силой грохота напоминая пушечные взрывы.
Я поняла, что даже не была целью Макона. Он прекрасно понимал, что Эрик бросится на мою защиту, и не стал убивать меня. Макон хотел лишить нас единственной возможности добраться до Рейл-Мортона. Ведь без проводника сам Эрик дороги до крепости Культа не знал.
Несмотря на то, что ветер крепчал с каждой секундой и уже безжалостно рвал плащ за его спиной, Макон по-прежнему стоял твердо и уверенно, как гранитная стела.
— Не испытывай мое терпение, буревестник! — рявкнул он. — Королева никогда не допустит того, чтобы ты примкнул к рядам Культа. Ты озадачен отсутствием рун на ее теле? Так езжай со мной в Чертог, и шаманы Стихий помогут тебе. Но не пытайся искать ответов у шарлатанов! Культ — всего лишь кучка сумасшедших раз хотят дать свободу Стихиям! Они просто сотрут этот мир в порошок!
— Тогда почему ты так боишься их? — спросил Эрик.
— Я не боюсь Культа! Я не хочу, чтобы ты стал марионеткой в руках Вайса! Он никогда не поможет тебе просто так. Ты знаешь, что он мечтает разрушить Сердце, и знаешь, что именно он заставил твоего отца пойти на этот шаг!
От грома, что злым ревом прокатился по округе, у меня даже уши заложило, а сердце ушло в пятки. Снова ударил ветер, и я схватилась за Дорма, что превратился в собственное надгробие, чтобы устоять на ногах.
Злые слезы холодили щеки. Сначала новости о Лизе, теперь Дорм... И пусть я знала его недолго, но никто не заслуживает участи средь бела дня превратиться в булыжник.
Рев разъяренного хищника снова пронесся по небу, и я вдруг поняла, что с самого начала не было громом.
Это действительно рычало живое существо. Огромное, сильное и злое. В спину ударил поток ветра, и я обернулась, обхватывая обеими руками каменные плечи Дорма.
Мощные узкие крылья ударили в последний раз, гася скорость и взметая дорожную пыль. Когда задние лапы, как выпущенные шасси, мягко соприкоснулись с землей, я и сама окаменела от шока и ужаса.
Дракон, мать вашу. Самый настоящий дракон!
У дракона не оказалось передних лап, поэтому, приземлившись, для равновесия он согнул крылья, будто локти. На сгибах темнела своеобразная подошва из костяных пластин, видимо, предназначенная для того, чтобы такое своеобразное хождение не травмировало само крыло.
