Парень неуверенно шагнул и коряво ударил. Настолько медленно и неуклюже, что я без каких-либо усилий перехватил его руки и, сделав подсечку, опрокинул на землю.
— Бей по-настоящему.
Он вскочил как раззадоренный кот, и тут же ринулся в атаку с новым ударом, я сделал отшаг, подопечный провалился, за что был одарен легким поджопником.
— Я начинаю злиться, — предупредил я. Разумеется, это все театр. В душе пока штиль. Пока он не вынудил меня всерьез применить силу.
Воспитанник развернулся и с упрямой сосредоточенностью летел на меня с кулаками. Я стал выставлять блоки и отступать, позволяя парню распаляться, разгневаться от собственной слабости.
Он уже отбил предплечья об мои руки, но с каждым новым ударом лицо становилось все более озлобленное. Ученик пытался зачерпнуть табур. Не оставлял попыток. Каждый раз надеялся, что сейчас кулак окутает пленка дара.
Я выставил локоть, и Безымяныш со всего маха зарядил по нему костяшками и даже губу закусил от боли, если бы не девушки, точно вскрикнул. Я пробил ему кулаком в живот, а после влепил основанием ладони в лоб, опрокидывая на задницу.
Все-таки до крови дело дойдет. Не хочет эта «тайота» с ключа заводиться, придется кривым стартёром. И плевать, что создатели так не задумывали.
Парень поднялся и с вызовом глянул мне в глаза.
— Не махай так бестолково, быстро выдохнешься, и я тебя в отбивную превращу. Короткие замахи и прямые удары точно в цель. Вот так, — я показал, как надо.
Парень украдкой пробивал по бревну во дворе, но стеснялся своей неуклюжести, потому до сих пор ничему не научился. Это сильнее всего тормозит, когда изучаешь что-то новое. Умом понимаешь, все так начинали, но в душе стыдишься своей новичковости, как бы глупо это ни было.
Он снова ринулся в атаку, на этот раз был встречен ударом под дых, и уложен на мягкую травку хлопком по спине.
Дерьмо. Все-таки придется его хорошенько избить.
Ученик поднял голову и поменялся в лице. Он всё считал по моим глазам. Когда я пытал Хун Кана, должно быть, выглядел так же. Джи-А обеспокоенно заерзала. Мальта сначала пыталась казаться беззаботной, но теперь вцепилась в руку соседки.
— Ты же всё понимаешь, — сказал я. На что воспитанник кивнул. Ну твою ж мать, что ж он такой осознанный. Попался бы дурак, не так бы дерьмово на душе сейчас было.
Подопечный сделал замах с правой, но пробил с левой. Уже неплохо, случайного человека на улице, он и неждануть мог. Я стойко принял удар на блок, хотя кулак соскользнул и уже без акцента костяшки коснулись головы за ухом.
В ответ ему прилетел тычок в живот. Потом легкий удар справа. Я принялся избивать его. Джи-А напряженно наблюдала, а вот Мальта, казалось, в любой момент готова была вмешаться.
Безымяныш отчаянно взывал к стихии. Стойко терпел удары и не унывал, пытался бить в ответ. С таким остервенением он сражался, что я в какой-то момент, каждый его выпад стал воспринимать как скорое чудо. Вот-вот, вот сейчас точно табур проснется. Несколько раз даже в доспех энергии окутывался, но все без толку.
— Шутки кончились! — изображая гнев, сделал я последнее предупреждение и одарил парня тем же взглядом, что и в день нашего знакомства.
Он сплюнул вязкую рубиновую слюну, размазал кровь из разбитой брови и выкатил подбородок. Мол, бей, а не болтай.
— Сражайся! — закричал я, пробивая покрытой багровой коркой кулаком правый боковой.
Ученик пошатнулся, но не упал.
— Давай! — заорал я, подшагивая и расквашивая нос с левой.
— Бейся или я тебя убью! — прорычал я, выбрасывая силовой джеб.
Воспитанник упал. Я резко сблизился. Табурные когти окутали ладонь. Замах был стремительный. Безымяныш выставил предплечье, закрываясь от смертельного удара, но я сбил руку, и уже вторым выпадом метил в голову.
Парень зажмурился. Табур развеялся, и пальцы проскользили по шрамам.
Я посмотрел ему в глаза. Он думал, что умрет. Поверил в смерть, и все равно дар не проснулся, чтобы спасти носителя.
Не сработало. Всё зря.
Я опустился рядом с учеником и обнял его за плечо.
— Есть еще пара вариантов, — соврал я. — Раз позволил себя так избить, объяснение для Хо Юри сам придумывай.
— Угу, — он выскользнул из объятий и распластался на траве. — Сердце из груди сейчас выпрыгнет, — тихо признался парень.
Я пустил сканирующую волну и почувствовал, что Ма Ри На поднимается по склону.
— Отдыхай пока, — сказал я. — Ма Ри На, я размялся! Ты следующая.
— М-м-м-м, — девушка стрельнула глазками и облизала губы.
— Может, я с ней встану в пару? — заметив это, с плохо скрываемой неприязнью проговорила Джи-А.
— Нет. С этой мышкой я первый играю.
Ма Ри На девочка без комплексов. Она повязала как топ остатки спортивной куртки, попросила помочь дорезать штанины, теперь при ходьбе оголялось бедро куда выше колена, аппетитный образ вышел. Такой вариант, от безумных дизайнеров с модных показов.
Впрочем, внешняя красота без внутренней меня почти не трогала. Даже инстинктивные порывы было легко тушить. Вот если бы Джи-А в таком виде сейчас предстала, я бы её образ еще очень долго из головы прогнать не мог, а тут, отвернулся и забыл.
